Миры Возвышенных

2480 ГОД НОВОЙ ЭРЫ.

КОРВЕТ СИЛ ПЛАНЕТАРНОЙ ОБОРОНЫ «ПОЛЯРНАЯ» КЛАССА «ПОТРОШИТЕЛЬ».

СИСТЕМА ГЕЛИОН, 13062480, 0210 СГВ.

ЭКИПАЖ: 2.

ГРУЗ: 32-Я ДЕСАНТНО-ШТУРМОВАЯ РОТА СПО, КОЛОНИАЛЬНАЯ ТЕХНИКА И ПРИПАСЫ.

За спиной сомкнулись створки дверей, ведущих в главный ангар, и на уши опустилась непривычная давящая тишина. Технически это, конечно, нельзя было назвать тишиной: даже пустующий, любой корабль издавал множество фоновых шумов и едва уловимых вибраций, но по сравнению с какофонией, оставшейся в главном ангаре, это была ерунда. Последние несколько недель там единым хором выли машины, скрежетали погрузчики, рокотали шаттлы и орали все, кому не лень командовать. А вот теперь и правда было тихо, лишь гулкое эхо собственных шагов капитана отражалось от стен и открытых проходов, ведущих в другие части корвета.

— Лейтенант? — позвал капитан. — На мостик, десять минут.

На прозрачном экране его датапада еще светились инструкции о передислокации, полученные несколько мгновений назад.

— Принято, уже в пути, — отозвался слегка искаженный коммуникатором голос лейтенанта. — Про нас вспомнили?

— Похоже на то.

В коммуникаторе прозвучал резкий писк — входящий вызов в общий канал связи. Капитан замедлил шаги.

— Да, майор.

Майора было едва слышно за многочисленными голосами на заднем фоне.

— Да, все верно, время отправки указано точно такое же, как и в моих инструкциях, — ответил капитан на его вопрос. — Куда именно, пока что сказать не могу, ожидаю приказа с минуты на минуту, как и вы.

Он посмотрел на экран датапада и обреченно вздохнул: за последнее время объем общения с новыми «пассажирами» превышал все разумные пределы. Майор отвечал за штурмовую роту, прикомандированную к «Полярной». Он говорил всегда по делу, но слишком дотошно относился к каждой мелочи на борту, будь то уставные инструкции по квартированию личного состава или погрузка припасов.

— Разумеется, всё по часам, — заверил капитан нетерпеливого майора. — Ожидайте оповещения по интеркому, конец связи.

За поворотом показались двери к мостику «Полярной» — единственному месту, где можно было ненадолго выключить уже надоевший коммуникатор и отдаться делу.

— Какой же все-таки он зануда… — раздался голос лейтенанта из коммуникатора.

— Хочешь сказать, что в летной академии у тебя инструкторы чем-то отличались? — уточнил капитан, прикладывая ладонь к считывателю у входа на мостик.

— Напротив, сэр. Такое впечатление, что они все из одного училища.

Дверь скользнула в сторону, явив взору капитана мостик корабля, наполненный полумраком. Приборные панели и многочисленное вспомогательное оборудование вспыхивали зеленоватым светом. Основное освещение было приглушено — как, впрочем, и по всему корвету — за исключением рабочих зон: несколько часов назад бортовой компьютер перевел корабль в ночной режим.

За неприкрытыми фальшпанелями по потолку и стенам виляли кабель-каналы. Общий вид создавал иллюзию тесноты, хотя на самом деле на мостике свободно мог работать экипаж из шести человек. За пустующими креслами первого пилота и навигатора располагались широкие обзорные прямоугольные иллюминаторы, в которых застыл бирюзовый шар Гелиона Прайм — главной стратегической планеты Конфедерации в Пограничных Мирах. Обойдя свое кресло и стоящий рядом проекционный стол, капитан Дрекс устало опустился на место первого пилота и отложил датапад.

Через несколько минут им предстояло совершить подпространственный прыжок, чтобы доставить майора и его десантников к месту высадки — и вот там придется попотеть. Проведя рукой по короткостриженым, начинающим седеть волосам, капитан дотронулся до приборной панели, активировав автоматическую процедуру вывода корабля из состояния покоя, и стал внимательно следить за строками выполняемых команд. Бортовые системы пробуждались одна за другой. Капитан услышал давно ожидаемый сигнал: принято входящее сообщение.

— Скопировать на датапад. Вывести на третий экран.

Вместо команд бортового компьютера по проекции побежали буквы дешифрованного послания.

Входящее сообщение: #341.77 от 13062480, 0220 СГВ.

От: Штаб-квартира Колониального Агентства Конфедерации, адмирал Вилфорд, командующий Силами планетарной обороны Пограничных Миров.

Кому: СПО «Полярная», капитан Ричард Дрекс.

Два дня назад мы получили сообщение с Авалона о нарастающих волнениях среди гражданского персонала как на поверхности, так и на орбитальной судоверфи. Авалон — один из крупнейших дальних форпостов Конфедерации и единственная обитаемая планета земного типа в системе Эшера, выполняющая роль транзитного порта внешних торговых маршрутов. Подпространственные Врата в этой звездной системе связывают между собой многочисленные ресурсодобывающие регионы и всё еще работают в штатном режиме. Учитывая сложившуюся обстановку в Конфедерации, мы не можем позволить себе потерять контроль над этим форпостом.

Приказываю немедленно отбыть в систему Эшера и усилить штат службы безопасности Администрации колонии всеми имеющимися в распоряжении десантными отделениями. «Полярной» предписано закрепиться на орбите в состоянии повышенной готовности, отслеживая перемещение и обеспечивая прикрытие транспортных судов.

Также сообщаю, что ваш запрос на увеличение численности экипажа был рассмотрен: найдена подходящая кандидатура на должность навигатора первого класса. Он присоединится к вам в пункте назначения. Все необходимые проверки кандидата были пройдены, доступ к нейросети утвержден, личное дело и авторизационные коды прикреплены к данному сообщению.

Ожидаю рапорта об успешной развертке на локации не позднее 1730 завтрашнего дня.

Капитан нажал пару клавиш и откинулся на спинку кресла, задумчиво глядя на Гелион Прайм. Военных сил Конфедерации катастрофически не хватало для контроля всех критически важных систем и транспортных маршрутов. Пару месяцев назад Колониальному Агентству выдали полномочия использовать СПО — Силы планетарной обороны — для поддержания порядка во всех областях пространства Конфедерации — причем в полностью самостоятельном режиме.

До этого момента СПО занимались лишь охраной закрепленных за ними систем с колониями от небольших пиратских эскадрилий. При обнаружении более серьезной угрозы они подавали сигнал ближайшей военной базе, и на место прибывал как минимум тяжело вооруженный боевой крейсер. Теперь такой роскоши ожидать не приходилось. Особенно на краю исследованного пространства, у Авалона.

Дрекс дотронулся до сенсорной клавиатуры. В этот момент дверь, ведущая на мостик, бесшумно скользнула в сторону.

На фоне текста на экране — СПО «Полярная» — Штаб-квартире Колониального Агентства Конфедерации… — будто из ниоткуда появилось полосатое отражение. Не поворачиваясь, капитан покачал головой и продолжил вводить ответное сообщение.

— Знаешь, Фрай… Меня всегда в тебе удивляло одно качество.

Сообщение 341.77 получено и принято к исполнению.

— Какое из них, сэр? — донесся ответ из-за спины.

Расчетное время прибытия в пункт назначения: 36 часов. Конец сообщения.

— Настойчивость. Если точнее, настойчивость в попытках напугать меня до смерти, — капитан поднялся из кресла, повернувшись к пилоту «Полярной». — Ты же знаешь, что со мной этот фокус не пройдет.

Лейтенант Элинор Фрай, одетая в серый костюм военных летчиков Конфедерации, стояла в проходе. Она была одной из Возвышенных — существ, в незапамятные времена искусственно выведенных из земных животных. Именно таким разумным зверям сначала было суждено служить Человечеству, а уже позже, после Долгой Ночи, — стать полноценными представителями социума.

Фрай была белой прямоходящей тигрицей. Блестящая карьера в летном училище и несколько лет испытательных полетов на новейших прототипах боевых судов Конфедерации обеспечили ей должность пилота с самого момента запуска «Полярной» из судоверфей Марса в 2475 году.

— Что вы, сэр. И в мыслях не было такого, — зеленые глаза прищурились, а на лице отразилась ухмылка. — Позволите?

— Конечно! Мне, несомненно, будет удобней тут… — Прихватив датапад, капитан вернулся в центр мостика и сел в свое кресло, находящееся на небольшом возвышении — чтобы можно было следить за всеми основными терминалами корабля и действиями экипажа. Фрай устроилась на своем месте.

— Лейтенант, статус корабля. Предполетная проверка, — потребовал Дрекс.

Фрай начала вводить команды в терминал, и мостик озарился светом десятков мониторов и голографических панелей, отображающих состояние корабля и его основных систем.

— Вывод из состояния покоя пройден успешно, все системы на данный момент в зеленом режиме, капитан, — отрапортовала тигрица. — Запускаю самодиагностику ходовой части.

— Проложить курс до системы Эшера, форпост Авалон. — Дрекс сверился со своим хронометром, введя запрос с помощью небольшой сенсорной клавиатуры, вмонтированной в капитанское кресло.

— Принято. ИИ вычисляет параметры подпространственного прыжка… Пять минут — и можно стартовать в сторону Врат, сэр.

— Отлично. Уведомляю центр управления полетами Гелиона.

Внимательно рассмотрев галактическую карту, на которой яркой точкой вспыхнули координаты пункта назначения, Фрай повернулась к капитану.

— Капитан, можно вопрос?

Дрекс поднял глаза, оторвав взгляд от голографической панели, выводящей данные о полетных траекториях кораблей поблизости.

— Да, разумеется.

— Нас надолго закидывают в такую даль? Когда наш экипаж будет укомплектован хотя бы навигатором и инженером?

Капитан вздохнул: помимо нехватки боевых кораблей, во флоте также явно ощущался дефицит квалифицированного персонала. Ситуацию осложняло и то, что «Полярную», как прототип новой серии, оснастили искусственным интеллектом. По задумке инженеров, такой обучающийся корабль принимал на себя основную часть работы и потому требовал меньше экипажа.

После запуска корвета с Марса потребовалось почти два года испытаний для оптимизации систем корабля. Удивительно, но с тех пор никаких сбоев в работе ИИ не наблюдалось, и большую часть экипажа — включая инженерную бригаду, навигатора с нейролинком, специалиста по работе с вооружениями, даже пилотов шаттлов — перевели на другие суда. Все это так или иначе снижало скорость и эффективность «Полярной» как боевой единицы: некоторые аспекты обучения ИИ корабля застыли на определенном уровне, другие были просто упущены.

— Исходя из того, что мне сообщили, пополнение экипажа до оптимального значения откладывается на неопределенный срок… Но, судя по всему, навигатора нам вроде нашли. Скоро познакомимся.

После выхода из подпространственных Врат «Полярная» заняла высокую орбиту Авалона и бесцеремонно вторглась в орбитальную сеть, отвечавшую за планетарную оборону и управление летными коридорами от Врат. Всем гражданским судам было приказано оставаться на якоре, ожидая особых распоряжений.

— Капитан, на связи Администрация колонии, — тигрица переключила пару тумблеров на приборной панели, — они выпустили запрет на интерсистемные перелеты. Запрашивают дальнейшие указания.

— Пусть ожидают на открытом канале, вернемся к ним позже.

Все корабли, за исключением ресурсодобывающих транспортов, легли в дрейф и отправляли запросы в Администрацию с просьбой уточнить причины и сроки запретов.

Раздался щелчок зажигалки — прикурив и затянувшись сигаретой, Дрекс выпустил порцию дыма в голограмму планетарной системы. Тот пролетел сквозь сотни точек, обозначавших суда различного назначения и тоннажа — от катеров до транспортных барж, и устремился к вытяжке, поднимаясь вверх и исчезая в вентиляционных фильтрах.

— Начнем. Открыть главный ангар. Свяжись с майором, Фрай. Сообщи, что могут запускать шаттлы на свое усмотрение. И вот еще что… — Капитан замолчал, увидев на вспомогательном экране сообщение о вызове высшего приоритета. За все время его командования «Полярной» этого не случалось ни разу. Тигрица вопросительно повернулась к Дрексу, в ее глазах мелькнуло беспокойство.

— На громкую связь, — спокойно сказал Дрекс.

На мостике раздался голос адмирала Вилфорда:

— Внимание всем боевым кораблям Сил планетарной обороны! Только что со мной связался адмирал флотилии сектора Сол. Восемь из десяти подпространственных Врат в Солнечной Системе отказали во время переброски седьмого тактического флота Сатурна. Половина кораблей была уничтожена остаточными вихрями подпространства, связь с Землей еще есть, но все межзвездные сообщения с Солнечной Системой прекращены. Разведка флота доложила о возможном враждебном контакте неопределенной природы, рекомендуем…

Связь резко оборвалась, голос на пару мгновений сменился шумом статических помех, затем наступила тишина. Капитан молча опустился в свое кресло.

— Капитан… Ваши приказы? — Фрай нервно дернула полосатым хвостом.

— Продолжаем запуск шаттлов. Щиты на треть мощности, перевести орудия в режим готовности, включай перехват телеметрии со всех кораблей в округе. И верни канал связи с колонией! Нам могут потребоваться все боеспособные корабли, которые у них есть.

Затушив сигарету и резким движением утопив ее в пепельнице, Дрекс устремил взгляд в обзорные иллюминаторы. Кто бы ни стоял за этим, врагу удалось немыслимое. Несмотря на все старания разведки, вскоре слухи о произошедшем в Солнечной Системе дойдут по обычным каналам до Пограничных Миров, и тогда новой волны паники не избежать.

***

— Это кто мелкий!? Я вовсе не мелкая! — бузила Омела, подпрыгивая, чтобы хоть на мгновение поймать взгляд меланхоличного тигра-бармена. А тот даже не глядел на хорохорившуюся рысь, просто держал букмекерский чек-планшет над стойкой повыше, чтоб она не достала.

— Да тебе восемнадцати нет, — заявил сосед Омелы по стойке, самоуверенный бульдог.

— Мне есть!..

— И… э, Чарли, ты глянь! Да она же сама на себя поставила! «Элементаль» это же твой корабль, а, Омела Вейн-Блум?..

— Откуда вы меня знаете? — с ворчливой гордостью спросила рысь, поворачиваясь к бульдогу.

— А в прошлой газете дисциплинарное взыскание тебе было, — объяснил пес. — Э, Чарли, а ей вообще в нынешних гонках хоть участвовать-то можно?..

— Пффф, — ответил тигр-бармен.

— Ну вас всех, — Омела, притихнув на всякий случай, отошла назад, к столикам.

Плюхнувшись за ближайший, она достала коммуникатор.

— Тис, братан! У меня облом, не приняли ставку, давай ты на меня ставь!

Тис и правда был ее братом — старшим в рысином семействе Вейн-Блум. Он жил на Авалоне вместе с еще одним братом и сестрой, а родителей у них давно не было. Омела — самая летучая и самая везучая — колобродила по ближней орбите, участвуя во всех гонках, которые попадались под лапу. Ее корабль — «Элементаль» — честно выигранный в одном из заездов, никогда не подводил хозяйку. Собственно, этим они и жили: Омела посылала вниз, на планету, все свои выигрыши. А Тис и младшие болели за нее…

— Ставлю, — отрапортовал Тис. — Ой, погоди, что-то не так… Ставка не принимается… Отказ, еще отказ…

— Ставки аннулируются! — провозгласил тигр Чарли на весь свой бар. — Все слышите? Гонки отменены!

— Что значит отменены? — тявкнул бульдог.

— Значит — не состоятся! — зарычал тигр и с досадой шмякнул чек-планшетом об стойку. — Вон, смотрите! Орбиту закрыли! Орбитальные коридоры перекрыли!.. Это начальство какое-то приперлось, не иначе.

— Да как так-то? — синхронно с Омелой замяукали, завыли и залаяли посетители. — Да что творится?..

— Вон в серой сети пишут, это какой-то боевой корвет нарисовался. И всех прикрыл!.. 

— Никакого толку от этой Конфедерации.

— Жили Пограничными и всем было хорошо, а сейчас…

— Да это неправда все, это Чарли жульничает!..

— Ааа-а-а-а!!!.. Чё, пацаны, громим бар, да???

— Я вам щас дам — громить мой бар!..

— Поистине, печально узнать об отмене гонок, — раздался вдруг одинокий звонкий голос, и все прочие голоса мигом стихли, потому что это сказала Высшая.

Одна за другой головы посетителей поворачивались вслед Женщине, которая спокойно и мерно прошла между столиков и остановилась перед баром. На ее поясе сверкали серебром ножны с самурайским мечом. А сопровождавший ее долговязый серый волк выглядел, как слуга при знатной госпоже.

— Простите, Высшая, — огромный бармен опустил взгляд. — Причины не зависели от меня. Если вы хотите выпить, заведение угощает.

— Очень любезно с вашей стороны, — и женщина слегка поклонилась.

Омела от обалдения спряталась за стул, а когда вылезла снова, оказалось, что Высшая и волк сели за ее столик.

— О, — сказала женщина. — Я думала, здесь свободно. Примите мои извинения, уважаемая Возвышенная. Мы сейчас же уйдем.

— Ам… Пм… кхе… — выдавила страшно смущенная Омела. Человека она видела впервые в жизни. — В смысл… в смысле — сидите пожалста!!! Вы это… великую честь! Вот!

Нос у Омелы пылал, лапы дрожали, но она мужественно подвинула к Высшей электронное меню.

— У-у-угощайтесь…

— Спасибо, — спокойно сказала женщина, обращая взгляд узких и чуть раскосых глаз на рысь. — Могу ли я узнать ваше достославное имя? Мое — Девора Нокомис с планеты Лиловые Поля, а это мой друг Хьюго Хиони.

— Хиони, — повторил волк высоким и чуть сиплым голосом.

— Омела Вейн-Блум, — выдохнула Омела. — Вы, значит, тоже расстроены, что гонки отменили?

— Ага, нам знаешь как деньги нужны, — ответил волк и чиркнул длинным пальцем по взъерошенному горлу. — На ремонт!..

— Хьюго Хиони — механик, — размеренно объяснила Девора. — Он чинит наш корабль «Гитчи Гюми», и да, мы очень рассчитывали на этот заезд.

— То есть вы бы полетели на трек даже поломанными? — осмелела Омела на привычной теме.

— Даже да, — азартно ответил волк. — И все равно ни у кого не было бы шансов! Ты уж поверь мне!

— Нет ли вестей от нашего дракона? — между прочим осведомилась Девора у Хиони.

Тот достал коммуникатор и сосредоточенно принялся листать список сообщений. Было видно, что он хочет ответить на вопрос своей спутницы как можно скорее и полнее.

— А, нету, но я сейчас сам позвоню…

Тут появился тигр и принес угощение — Высшей, волку и, как ни удивительно, Омеле тоже. Во свезло, — возликовала она и принялась дегустировать вкуснейшее синтемясо. И Высшую увидела, и знакомство завела, и поела, а что гонки отменили… Ну и ладно, новые назначат!..

***

Акронги Ран сидел на высоком стуле в своем номере — в лучшем отеле Авалона — держа в лапах астеропскую оликкиратту. Он задумчиво дергал изогнутые струны, словно пытаясь услышать что-то, что может быть спрятано за их мелодичным звоном. Крылатый ящер был довольно большим: инструмент, который он держал словно гитару, у обычного жителя Галактики сошел бы за контрабас.

Мысли у ящера были простые: скоро ли придет приказ, каким окажется судно, на которое его назначат, куда оно направится… Будущее не предсказать, но иногда хочется поторопить события…

Акронги Ран на его родном языке означало «красивая песнь». Он был одним из редких видов Возвышенных — крылатым ящером, очень похожим на драконов из древних преданий старой Земли. Раньше — до появления Легиона Смерти — ходили слухи о том, что именно такие «драконы» были первым народом, заселившим Землю — что они были древнее даже Людей. После восстания Легиона всю полученную информацию Конфедерация засекретила бессрочными грифами высочайшего уровня…

Так или иначе, в этом секторе Галактики все относились к нему как к представителю довольно редкого вида, что вполне устраивало Рана. Ящер ждал сообщения от командования и пока что не знал, предоставят ли ему транспорт для прибытия на корабль или придется выкручиваться самому. Если придется стыковаться самому, то нужно будет попросить помощи у Деворы с ее «Гитчи Гюми», она живо доставит куда надо. Если, конечно, Девора и Хиони не унеслись на какие-нибудь местные заезды, как и планировали.

Его размышления прервал сигнал коммуникатора — вызов исходил от Хиони. «Иногда все происходит именно так, как ты этого хочешь», — подумал Ран, принимая вызов.

— Привет, Ран. Девора беспокоится о тебе, тут гонки отменили.

— Я был назначен на боевой корабль, — прогудел Ран в ответ. Его низкий, ритмичный как дыхание голос был похож на морской прибой. — Спасибо госпоже за заботу, но мой «рейс» точно не отменят. Ну, разве что перекроют орбитальные коридоры…

— Они уже перекрыты, дракон! И… Девора говорит, что мы тебя можем подбросить, если что, — сказал Хиони. — Ты уж давай, сворачивай свою омеликарту…

— Оликкиратту.

— Ох, точно, я запутался… И будь готов. Вещи собери. Мы на подхвате. Хошь на корабль добросим, а хошь — с нами на «Гитчи Гюми» полетаешь.

— Я бы еще подождал…

— Девора говорит, что ожидание неуместно и что конец связи. Ну, бывай!

Ящер захлопнул коммуникатор и подошел к окну, откуда простирался вид на значительную часть огромной колонии Авалона, окутанную мраком ночи. Где-то далеко на западе, где располагался главный космопорт, шли на снижение два тяжелых шаттла. Проскочили блокаду. Из последних, наверное… Издалека раздался протяжный вой ревуна.

«Иногда все происходит не совсем так, как ты этого хочешь», — усмехнувшись, сказал сам себе Ран.

Растопыря когти, он осторожно сложил свой музыкальный инструмент в футляр, потом собрал бумаги, закрыл кейс и направился к выходу. Осенил крыльями одинокого бота-швейцара, который кинулся ему помогать, и велел подать такси до взлетных площадок Космопорта.

***

В тридцати световых секундах от Авалона небольшой корабль серповидной формы без опознавательных знаков дрейфовал в астероидном поясе, образовавшемся еще в момент рождения здешнего солнца. Все активные системы корабля и навигационные огни на аспидно-черном корпусе были выключены, но его чуткие сенсоры улавливали почти все, что происходит в радиусе одной световой минуты.

Это был тяжелый истребитель разведывательного класса «Кочевник», принадлежащий фракции Мистиков, штаб-квартира которых находилась на планете Меркурий в той самой Солнечной Системе, которая когда-то давно была колыбелью Человечества.

Меркуриане были замкнутым и немногочисленным сообществом и всегда перемещались тайно, не привлекая к себе лишнего внимания и не поддерживая ни одну из существующих или существовавших форм правления на Земле и в Космосе. Получить от Мистиков такой корабль, не имеющий аналогов во всех Жилых мирах, можно было двумя путями: или обладать деньгами, на которые можно построить весь Первый Земной тактический Флот, или заслужить доверие Мистика.

На Меркурии с неохотой признавали: раз в десятилетие такие продажи все же случались. А вот второй вариант — доверие Мистика — воплотился в жизнь только один раз за сто лет… Кто знает, какими путями шли мысли Великого Учителя Мистиков, но… Четыре года назад, в 2476 году, небывалый корабль, названный «Солнечный Шпиль», был отдан не-Мистику и с тех пор служил владельцу верой и правдой.

Владелец «Шпиля» рассматривал полученные за последний час данные. В темноте кабины пилота, пронизанного светом зеленых проекций, всплывали символы древнего, всеми забытого языка. С пилотом общался «дух машины», и если бы была возможность перевести этот язык, передающий не только слова, но и эмоции на ментальном уровне, то самый грубый перевод был бы примерно такой:

Врата в систему. Остатки, жалкие остатки когда-то исчезнувшей расы. Древних. Мудрых. Край освоенного человеком. Множество душ в ожидании перемен. В ожидании беды. Возвышенные… В полном одиночестве, теряют надежду на мир… Немного воинов. Наученных убивать ради защиты своих миров… Трое Высших. Трое Высших. Трое…

Черная тень, окутанная черным легким плащом, чуть подалась вперед — и символы, и шепот исчезли. Взамен загорелась проекция орбиты Авалона и всех судов, находившихся поблизости. Одна красная стрела указала на поверхность планеты, другая — на небольшой челнок, взлетавший с поверхности, а третья…

Боевой корабль. Хоть и небольшая, но боевая машина Конфедерации. И ее капитан — Человек. А ведь Людей за пределами сектора Сол почти не было. Раньше почти на каждом военном корабле было как минимум несколько десятков Высших. А теперь Человек вряд ли нашелся бы на одном судне из сотни. Бесконечные войны выкосили их надменную расу…

Под проекцией корабля пробежали символы земного языка:

«Полярная», запущен с судоверфей Марса в 2475 году. Корвет Сил планетарной обороны класса «Потрошитель».

Экипаж: 10 / Минимальный экипаж: 2.

Пассажирские отсеки: 180.

Вооружение: 2 ионных орудия, 4 торпедных аппарата, 2 ракетные батареи, 12 осколочных орудий ближнего действия.

Бортовая система: ИИ вооруженных сил Конфедерации пятого поколения.

Силовая установка: термоядерный реактор класса «C-12».

Ангар: 2 атмосферных шаттла класса «Аврора».

«Надо же, почти ровес-с-сник моему…» — в глуховатом и шипящем голосе тени послышалась улыбка. Затем последовал приказ:

— Данные экипажа, пожалуйс-с-ста.

Запрос данных, поиск по базам военных сетей:

Ричард Дрекс, Высший, 39 лет по стандартному летоисчислению, капитан.

Элинор Фрай, Возвышенная, 32 года по стандартному летоисчислению, лейтенант.

— С-с-смоделируй боевые ситуации.

В воздухе за одну минуту промелькнуло несколько сотен вариантов развития боевых действий, и в каждом из них «Солнечный Шпиль» выходил победителем. ИИ «Полярной» не мог принимать такие гибкие и изящные решения, на какие был способен «Шпиль», и к тому же корвету все же был нужен минимальный экипаж из пилота и навигатора, чтобы эффективно управлять судном. Судя по всему, не хватает именно навигатора.

— Выш-ш-шли данные Страннику.

Изображения исчезли, и долгие пять минут слышался только тихий шелест ИИ, в фоновом режиме рассчитывающего движения на орбите Авалона. Планета на фоне далеких звезд и тусклого галактического ядра сверкала яркой жемчужиной. Потом кабину экипажа заполнил шум статики, сквозь него донесся бодрый голос, и было непонятно, живой он или синтезированный.

— …Связь шифруется, меняю канал каждые две секунды на частоте дельта-танго-бис-семь-десять… Интересно, я по твоей теме нарыл что-то любопытное, спасибо старым знакомым. Пересылаю коротким импульсом.

— Ш-ш-што там, Странник?

— В двух словах: Элинор Фрай в шестьдесят пятом вступила в ряды СПО. А в семьдесят пятом получила назначение на «Полярную». Пороха не нюхала. С Человеком интереснее, хотя чему я удивляюсь… В пятьдесят девятом вступил в ВС Земного Альянса, шестьдесят третий по шестьдесят седьмой на крейсере «Возмездие» прошел через ад кампании «Мертвое Солнце» в Пограничных Мирах. Эх, вспоминаю свою молодость…

— Молодос-с-сть потом…

— И правда, отвлекся. Вот тебе интересное, очень интересное! В конце шестьдесят седьмого Дрекс переведен на поисково-спасательный крейсер «Атлантис», который впоследствии был частым гостем на флагмане Земного Альянса «Дориан Грей»… Ты слушаешь?

Перед глазами промелькнули обрывки воспоминаний. Ураганный огонь по «Лексингтону». Взрывы на всех палубах. Крик «Разворачивай корабль! На таран!»

— С-с-слушаю. Извини.

— Так вот! Еще занятнее: в семьдесят первом, за два года до уничтожения «Дориана», Дрекс был внезапно переведен в штаб Академии космофлота на Земле. В штаб!.. Потом есть запись о назначении на «Полярную» в семьдесят шестом. И ни слова о том, что происходило в те времена, когда… Ну, ты сама поняла. Наконец-то что-то интересное! Самый цимес, если ты сможешь проверить этот вариант — нам же надо продвинуться в поисках. Только не устраивай допросов с членовредительством. Оставь это мне! Доберусь как смогу — тут у нас вводят военное положение, бардак полный. Впрочем, как и везде. Отбой!

Кабина пилотов вновь наполнилась тишиной, на экранах поплыли проекции Авалона. «Солнечный Шпиль» ожил — началась стандартная процедура проверки бортовых систем и орудий перед запуском двигателей.

Тень в плаще пошевелилась, устремив взор на «Полярную».

Придется познакомиться с экипажем лично. И если это окажется один из них…

Обрывочный сигнал о возможном контакте внезапно появился на границах радиуса действий сканеров. За ним еще один сигнал. И еще дюжина.

***

Дрекс и Фрай стояли в конференц-зале перед столом, над которым высвечивалась тактическая карта окружающего пространства. Из громкоговорителей сквозь помехи, среди которых можно было четко слышать гул транспортов и множество взволнованных разговоров, доносился голос руководителя колонии:

— …Все верно, капитан. Мы нашли вам два боеспособных корабля. Я понимаю, это не то, что вы ожидали, но ничего лучшего я предложить не в состоянии — не забывайте, что мы располагаемся на границе территорий Конфедерации. Приказы о временном переводе переданы капитанам этих судов. С этого момента они переходят под ваше прямое командование. Конец связи.

— Благодарю вас, — капитан ввел команды на консоли управления голограммой, и на проекции отобразились указанные суда. От увиденного Дрекс почувствовал себя крайне скверно. Тигрица изумленно разглядывала уменьшенные копии кораблей.

— Ой. Вот дерьмо! Они издеваются?! Капитан! Один фрегат и… легкий фрегат!

Один из кораблей, под названием «Гитчи Гюми», был поврежден, видимо — случайным ударом метеорита. Капитан покачал головой. Они вполне сгодятся для прикрытия от истребителей мародеров, но не помогут против более серьезного врага. Выбора нет. Тигрица уже практически рычала:

— Клянусь, я бы оторвала голову тому, кто придумал оставлять якобы важные торговые маршруты без…

— Лейтенант! Довольно. — Дрекс слегка повысил голос. — Они важные. И наша работа — их защищать. Дай мне связь с капитанами этих судов.

***

Девора Нокомис впервые за долгое время была удивлена, хотя внешне это никак не проявлялось. Она спокойно сидела в своем кресле, уже пристегнувшись для полета, и проглядывала сводки с орбиты. А в отдельном окне красным светом горели строчки приказа: «Гитчи Гюми» переходит под командование Сил планетарной обороны.

— В этом нет смысла, — обронила Девора.

— Никакого, — поддакнул Хиони, который боялся встречаться с ней взглядом: как обычно, она сохраняла холодную голову, но в этом холоде сейчас было слишком много льда. — Мы поломаны! Нам чиниться надо! Какие нам еще военные действия, да никакие!

Однако, повинуясь жесту Высшей, ожили многочисленные приборы, и «Гитчи Гюми» проснулась, выйдя из режима энергосбережения.

— Но это наш долг, — сказала Девора. — Ты же сможешь подлатать нас на лету?

— Смогу конечно, — закивал волк. — Все, что надо, мы раздобыли, а что не раздобыли, то ящер подкинул. Кстати, спасибо, Акронги.

— Был рад помочь, — шелестяще ответил Ран, возникая в дверях. Небольшой мостик едва вмещал двоих, а с появлением ящера свободного места практически не осталось.

— Смотри, Ран, мы теперь приписаны к «Полярной», а тебе как раз туда, — показала Девора. — Неплохо получилось.

— Для меня хорошо, а как для вас, Высшая? Я помню о вашей нелюбви к военным.

— Это так, но мы должны исполнить долг, — повторила Девора. — Я вполне допускаю, что нашим командиром может оказаться неотесанный простолюдин, не достойный носить меч, но…

Ее прервал резкий звук входящего вызова. Девора положила пальцы на панель активации связи.

— Капитан Девора Нокомис, фрегат «Гитчи Гюми», на связи, — проговорила она, вглядываясь в экран, на котором отобразилось лицо Ричарда Дрекса.

Капитан смотрел хмуро и пристально, но на «неотесанного простолюдина» определенно не походил. Он назвался, и Девора церемонно поклонилась, сложив руки лодочкой, а потом выпрямилась в своем кресле. Увидев Человека, она была удивлена второй раз за день. Слишком редко доводится встречать себе подобных, тем более — в этом заокраинном секторе.

Рядом с изображением с «Полярной» появился сигнал с еще одного судна — и на втором экране отобразилась забавная мордочка рыси:

— Омела Вейн-Блум, легкий фрегат «Элементаль», на связи, — сказала она, округляя глаза — второй Высший за день! — Капитан, для меня большая честь! Вот! Лечу к вам!

Тут у нее включился второй экран, и она увидела Девору.

— Ух ты, здрастье! Так мы с вами в одной команде!

— Да — раз уж не получилось побывать в разных на гонках, — заметила Девора в ответ. Потом она снова обратилась к Дрексу: — Я должна предупредить вас, офицер, что гражданский фрегат «Гитчи Гюми» переходит под ваше командование с повреждениями средней степени тяжести.

Дрекс слегка улыбнулся:

— К сожалению, у меня нет выбора. Я объявил карантин и ввожу военное положение прямо сейчас. Согласно пункту о внешней угрозе планетарного масштаба, все суда, в том числе гражданские, подчиняются старшему офицеру космофлота Конфедерации или Сил планетарной обороны, при отсутствии первого…

— В таком случае, мы тоже направляемся к вам, капитан Дрекс, — ответила Девора. — У нас есть пассажир, которому необходимо попасть к вам на борт. Акронги Ран, навигатор.

На экране появилась вытянутая морда Акронги Рана, и Омела, оторвавшись от мыслей о Высших и своем везении, невольно вздрогнула. Она слышала о том, что существуют такие вот редкие виды Возвышенных, но ни разу их не встречала. Зато среди завсегдатаев орбитальных баров ходили слухи, что эти чудища как-то были связаны с тем, что происходило в плеядском секторе Ад до образования Конфедерации. Омела хотела сказать «бррр», но вовремя спохватилась. А ящер уже представился Дрексу и договорился о том, что тотчас же прибудет на борт «Полярной».

— А я, капитан? — робко спросила Омела у Человека. — Я что хотите могу!

— …Связь с командованием была прервана, и неизвестно, были ли отказы подпространственных Врат вызваны внешней угрозой, — сказал Дрекс, обращаясь сразу к Деворе и рыси. — До получения более исчерпывающей информации из штаба «Гитчи Гюми» будет находиться в режиме боевого патрулирования высокой орбиты Авалона, наблюдая коридоры до подпространственных Врат и передавая всю информацию на «Полярную».

— Хорошо, капитан, — согласилась Девора. — Вышлем вам шаттл с Акронги Раном и уйдем на патрулирование на высокой орбите согласно программе.

— В то время как «Элементаль» будет обеспечивать прикрытие кораблей, — добавил Дрекс.

— Есть! — с энтузиазмом откликнулась Омела.

Она сразу же принялась выписывать круги возле грозного корвета, рассматривая каждую его деталь. Ее легкий «Элементаль» был совсем небольшим — спокойно влез бы в главный ангар «Полярной». Все детство Омела провела в колонии и впервые видела боевой корабль Конфедерации, пусть и не самый мощный.

— И это, блин, всего лишь «корабль прикрытия», — пробормотала рысь, предварительно убедившись, что канал связи с Дрексом уже закрыт. — Представляю, каковы тогда мощные ударные суда! Во-о-от бы порулить таким!

***

Акронги Ран прибыл с «Гитчи» на небольшом шаттле и посадил его в ангаре «Полярной» ровно в зашипевшие захваты. Он увидел, что Высший лично встречает его на палубе, и был чрезвычайно польщен. Капитана сопровождала тигрица, и у обоих были офицерские нашивки.

Осторожно опустив на пол свой багаж и вытянувшись по стойке «смирно», Ран протянул датапад со своими данными капитану. Взяв личное дело, Дрекс поднял на ящера внимательный взгляд, и полосатая помощница последовала его примеру. Ран крылатой статуей возвышался над обоими.

— Мичман Акронги Ран прибыл в ваше распоряжение, капитан Дрекс.

— Добро пожаловать на «Полярную», навигатор. От имени командования благодарю вас за добровольное зачисление в Силы планетарной обороны сроком на… — Дрекс заглянул в планшет и удивленно поднял брови, — десять лет. Познакомьтесь с ведущим пилотом «Полярной» — это лейтенант Элинор Фрай, она здесь с первого дня запуска корвета.

— Благодарю, капитан. Лейтенант, это большая честь для меня, — Ран повел головой в сторону тигрицы. — Велик ли ваш экипаж, сэр?

— В последние годы появились улучшенные системы искусственного интеллекта, которые позволили сократить численность экипажа этих типов судов до минимума, — пояснил Дрекс, — большинство вещей, например, мелкие ремонтные работы и слежение за системами корабля, теперь осуществляет машина. Но какой-то экипаж все же должен присутствовать, и ваше появление сейчас увеличило численность экипажа до этого минимума… До трех единиц.

— О, вот как… — Ран еще раз обвел взглядом ангар, где была куча подъемников и прочего оборудования для пусков и ремонта без участия экипажа. — Честно говоря, я думал, что…

— Что тут экипаж численностью в пару-тройку сотен и шум не утихает ни на минуту? — ухмыльнулась Фрай. 

Ран кивнул:

— Да, что-то вроде того.

— До недавнего момента так и было, а теперь, к сожалению, придется привыкнуть к гулу корабельных систем — сейчас флот Конфедерации начинает расти как на дрожжах, и там экипажей катастрофически не хватает. Что уж говорить про СПО. Пополнение ожидается не раньше, чем завершение миссии на Авалоне, — сказала Фрай и добавила: — Надеюсь, это не беспокоит тебя.

— Понимаю, лейтенант. Для меня тишина не помеха — так даже лучше сосредотачиваться.

— Ну что ж, — Дрекс махнул рукой в сторону транспортной системы, — Фрай, покажи Рану его каюту и рабочее место. Я буду на мостике через двадцать минут.

— Отлично, сэр. Прошу следовать за мной, — тигрица кивнула ящеру.

Пообщавшись с глазу на глаз с руководителями колонии, капитан зашел в комнату отдыха экипажа, рассчитанную на тридцать-сорок посетителей, с собственным баром и небольшой кухней. Верхний свет был приглушен, стулья подвинуты к столам — обычно Дрекс заходил сюда в обеденное время только перекусить или разыграть партию в шахматы с Фрай. Взяв с барной стойки пепельницу, Дрекс присел за ближайший стол и, закурив, начал просматривать личные данные Рана. Пролистав рекомендации, он открыл общую детализацию:

Имя: Акронги Ран.

Раса: крылатый ящер.

Возраст: 98.

Планета происхождения: М’Танга.

Профессия: навигатор космических судов классов H, HI, Io и выше.

Звание: мичман.

Летных часов: 556 629,111.

Из них за пределами Галактики: 476 868, 433.

Прошел навигационные курсы [список].

Участие в военных действиях: [список].

Рекомендации: [список].

Последнее место службы: ускоренный бриг «Инносент Смит», капитан В. Гор

Уравновешенный, исполнительный, старательный.

Вредные привычки: не имеет.

Отклонения в здоровье: не имеет.

Рацион: стандартный.

Режим жизни: стандартный.

Ранения: левое крыло, правая передняя лапа, левое легкое; последствий нет.

Особые указания: офицер больших габаритов, требуется увеличенное рабочее пространство.

М’Танга… Семь лет назад мы пролетали транзитом через эту систему… Так, стоп. Настолько долго за пределами Галактики?

Бывший Легион Смерти и нынешняя Конфедерация занимались глубокой разведкой, однако только единичные их корабли уходили в галактическое гало и дальше, где звезды располагались в сотни раз дальше друг от друга. Эти корабли и их навигаторы и составляли нынешние карты Галактики.

Навигатор такого класса… Судя по всему, нам очень повезло с ним. Осталось выяснить, что он знает о себе…

Дрекс потушил сигарету и направился на мостик. Ран уже сидел в кресле навигатора, справа от пульта пилота. Он смог поместиться, только когда максимально отодвинул сиденье от пульта. Фрай даже не повернулась на звук шагов капитана: она, делая очень занятой вид, втихаря рассматривала диковинного ящера.

Заняв место капитана, Дрекс активировал командный пульт рядом с собой.

— Мичман Ран, подключайтесь.

Фрай протянула ящеру кабель нейроинтерфейса, который обеспечивал связь навигатора с кораблем, позволяя точнее рассчитать курс подпространственного прыжка и более эффективно координировать пилота, используя мысленную связь с искусственным интеллектом. Хотя технологии, которые сливали воедино навигатора и судно, были разработаны еще десятки лет назад, они до сих пор были слишком дорогостоящими, чтобы оборудовать ими все суда — приоритет отдавался разведке и дредноутам. С образованием Конфедерации эти технологии начали постепенно внедрять на все боевые корабли, но навигаторы подготавливались десятилетиями, а имеющиеся профессионалы уходили в более высокие структуры, нежели Силы планетарной обороны. Шанс найти навигатора первого поколения, служившего на кораблях-исследователях, был ничтожно мал, и «Полярная» получила этот шанс.

Ран аккуратно вставил разъем в небольшой слот, имплантированный под чешую рядом с основанием черепа. Слот с помощью сети тончайших оптических проводов подключался к определенным участкам мозга. Прозвенел сигнал, и механический голос доложил:

— Внедрение активировано. Стандартный протокол активации.

Импульс легкой боли пронесся по всему телу ящера, и мостик мгновенно стал мутным и темным, как будто перед глазами поставили матовое стекло. Постепенно зрение стало возвращаться в норму, и вместе с этим пришли новые ощущения. Акронги Ран стал чувствовать корабль — дыхание термоядерного реактора, солнечный ветер, бьющий по корме «Полярной», готовность орудий извергнуть из себя тысячи снарядов, несущих смерть врагам… Ящер посмотрел на звезды и всей душой ощутил, как огромны расстояния между ними. Он обрел способность слышать в голове передачи других кораблей и предвидеть почти каждый их маневр.

Искусственный интеллект «Полярной» снабжал навигатора самой полной и точной информацией в реальном времени, и ему оставалось только заострить внимание на каком-нибудь корабле, чтобы почувствовать, на что он способен.

И все же Рану показалось, что в момент подключения, на долю секунды, он почувствовал какую-то тень — как будто корабль был удивлен вторжением разума в его логику.

Дрекс напряженно смотрел на консоль, на которой отображались показания подключения и поток информации, который получал ящер. Пока что все шло нормально.

— Как себя чувствуешь… Акронги?

Ран медленно коснулся своего пульта управления и, немного уменьшив поток данных, повернул голову. В его желтых глазах горел огонь знаний.

— Замечательно, капитан. Благодарю вас.

Дрекс поднялся из кресла и подошел ближе к подчиненным, сложив руки за спиной.

— Лейтенант, снять корабль с орбиты!

***

«Элементаль» двигался параллельно очередному тяжелому транспорту с рудой.

— Назвали-то как, «Химера», — ворчала рысь. — Будто он, не знаю, бриллианты возит. А это руда! А я охраняй! А он, видите ли, во Врата опоздал и летает тут мне теперь… Ой, что это, что это?..

Именно Омелиному кораблю было суждено первым засечь искаженное эхо рядом с подпространственными Вратами. Омела встрепенулась и застучала когтями по пульту, пытаясь получить со сканеров хоть какую-нибудь информацию и связаться с «Полярной». Но кто-то начал глушить все частоты связи.

Рысь попыталась скидывать в узконаправленный поток небольшие пакеты данных — они должны были попадать прямо на «Полярную». Но даже связь с рудовозом, который шел всего в двухстах километрах, была нестабильной.

— «Химера»! — призывала Омела. — «Химера», на связь! Это «Элементаль» говорит! Вижу фантомы возможных контактов рядом с Вратами, видите тоже? Подтвердите!

— Ответ отрицательный, «Элементаль», — раздался сквозь треск помех голос капитана «Химеры». — Мы ловим только сигналы маяка Врат, больше ничего. Проверьте ваше оборудование.

— Мое? Да ладно!

Рысь подумала пару мгновений и попыталась еще раз связаться с Дрексом. И опять не вышло. Тогда Омела включила особый режим передачи: данные со сканеров дальнего действия усиливались и отсылались на «Полярную» короткими пучками и в строго заданные интервалы времени. Если повезет, какой-нибудь из них достигнет цели. Теперь рысь могла заняться чем-то кроме связи. Например, активировать бортовые орудия!

Но, взглянув на радар, Омела растерянно опустила лапу: все было чисто. В обзорные экраны были видны далекие Врата, треть небосвода занимала одна из двух лун Авалона — Гальфрид (Тис и Омела так же, как и все местные пилоты, по-свойски называли его «Красноглазиком»). Вторая луна, Британия (или «Малявка»), пряталась за планетой. Словом, в поле зрения не было совершенно ничего интересного, и тем более — ничего, что угрожало бы кораблям Конфедерации.

«Химеру» нужно было сопровождать еще минут тридцать. Омела все еще скептически пялилась на Гальфрид, когда раздался обрывочный сигнал системы наведения.

Пространство озарилось лучами, которые пронеслись буквально в двух метрах от корабля, и рысь, резко потянув штурвал на себя, увела фрегат из зоны поражения. На экране было видно, как под «Элементалем» с невероятной скоростью проскользнул неопознанный корабль. Омела начала маневрировать, сближаясь с транспортником и наконец с полным правом активируя орудия.

— «Полярная», прием! Вражеское присутствие, передаю координаты! «Химера», прием!.. Да где вы все?!

Неизвестный корабль, размерами примерно с «Элементаль», отображался на радаре с помехами. Однако экраны ясно показали его маневр: он развернулся и с дикой скоростью понесся навстречу «Химере». Окружающее пространство вновь озарилось всполохами мультилазерного огня, и из обшивки «Химеры» полетели куски.

Омела вскрикнула и выстрелила в пришельца. Снаряды долетели до врага и взорвались, не причинив никакого вреда. Системы наведения тихо щелкнули, взяв в захват еще пять целей, появившихся из-за красноватого диска луны.

Вражеский корабль слегка изменил курс, привлеченный сопротивлением «Элементаля», и открыл огонь. Омела изо всех сил старалась увернуться и не переставала призывать:

— «Химера», на связь! Меняйте курс, это ловушка! «Химера», «Химера»!!!

Транспортник не отвечал — первыми залпами у него был уничтожен мостик со всем экипажем. Теперь он беспомощно двигался по инерции, выбрасывая в космос обломки обшивки и теряя кислород. Выжимая все силы из своего корабля и продолжая лихорадочно маневрировать, Омела панически соображала, что делать дальше. В таких ситуациях ей еще не доводилось бывать.

Вражеский корабль продолжал идти на сближение, и его до сих пор ничуть не беспокоил огонь батарей «Элементаля», не прекращавшийся ни на секунду — снаряды взрывались, не долетая до корпуса пару метров. Омела собралась повернуть и удирать — но внезапно космос перед кораблем вспыхнул ослепляющим заревом.

— «Элементаль», держитесь за нами! — донесся искаженный голос Фрай.

«Полярная» пришла на помощь.

— Подпространственный прыжок выполнен, до перезарядки — тридцать минут, — сообщил Ран.

— Перехожу к перехвату. Одна цель в пределах действия орудий, еще пять на подходе, — Фрай активировала боевой режим.

Ящер оказался профи: он максимально точно рассчитал координаты прыжка на короткой дистанции, и теперь «Полярная» встала между «Элементалем» и неизвестным судном.

— Вы крутые, круто-круто! — верещала Омела с облегчением. — Ой… простите, Высший…

Дрекс подался вперед в кресле, всматриваясь в экран с данными по противнику. Структура была определена как неизвестная, но капитан точно помнил, где видел такие суда. Отбросив посторонние мысли, он крикнул:

— Ран, разворот к цели, курс 0-2-0. Фрай, готовность один! Щиты на полную! Закрыть обзорные иллюминаторы, изображение на экраны!

Неопознанное судно ничуть не было смущено появлением корвета, оно даже не изменило курс, а просто слегка подкорректировало огонь. Защитное поле «Полярной» вспыхнуло от перегрузки, поглощая лазерный шквал.

— Поле стабильно на девяносто. Восемьдесят пять, — докладывала тигрица, держа лапу на консоли управления огнем.

— Так держать! — Дрекс поднялся из кресла и подошел ближе к обзорным экранам, сложив руки за спиной. Фрай на мгновенье обернулась, кивнув на экран с данными о состоянии корвета.

— Сорок секунд до максимального сближения, разрешите открыть огонь, сэр!

Дрекс всматривался в сполохи мультилазеров и приближающийся силуэт корабля. Защитное поле кормы «Полярной» слишком быстро таяло. Интересно, если это основное оружие, то что же у него в запасе есть…

— Он иногда должен делать перезарядку, лейтенант. Ран, действуй по шаблону «Эхо-3» после снятия щитов!

— Вас понял, капитан, — положив лапу на рычаг ручного управления, ящер слегка наклонил голову, как будто совещаясь с кораблем о предстоящем маневре. Тремя секундами позже вражеское судно прекратило огонь. Дрекс повернулся к тигрице:

— Снять щиты, ионные орудия, плюс три! Ракетный залп, плюс четыре!

Из носовых орудий корвета вырвалось два ярко-синих луча энергии, ударивших по кораблю врага. Через две целых и три десятых секунды они смогли снять щиты противника и полоснуть по корпусу, прошив его насквозь. Через четыре секунды, выпустив пять ракет, «Полярная» стала отклоняться от курса. Ракеты быстро преодолели дистанцию и сдетонировали на корпусе пришельца, разрывая его на куски. Потеряв управление, корабль пролетел по инерции в десяти метрах мимо корвета.

— Статус! — рявкнул Дрекс, указав на подбитый корабль. Ящер, не отрывая взгляда от приближающихся кораблей противника, уже готовых открыть огонь, ответил:

— Враг выведен из строя, капитан! Компьютер идентифицировал его как тяжелый бомбардировщик. Все данные указывают на то, что мы причинили средний урон его обшивке. Признаков биологической активности не обнаружено… — тут Ран удивленно взглянул на экран с бегущими данными, — …как и на приближающихся кораблях! Сэр! Это беспилотники!

— Я в курсе!

Тигрица кинула удивленный взгляд на капитана, но тот мотнул головой — «все вопросы потом».

— Сменить курс на 0-7-4, полный вперед! На сближение, разорвать их строй! «Элементаль», держитесь за нами, они вас не видят за нашими двигателями. Старайтесь выводить из строя все корабли, с которых мы сможем снять щиты!

— Эт я могу, эт мы легко, — отозвалась Омела, однако в ее голосе слышалось напряжение.

Корвет начал набирать скорость, опустив фронтальные щиты и дав залп из ракетных установок и ионных орудий. Дистанция была еще слишком большой для оптимальной точности попадания, но тридцать процентов ракет все же достигли своих целей, уничтожив или ослабив защитные поля на двух вражеских судах. Через несколько мгновений противник ответил плотным огнем из мультилазеров и запустил по две торпеды с каждого корабля.

Экипаж «Полярной» едва успел поднять щиты.

— Десять торпед по курсу! — крикнула тигрица.

Корвет трясло от перегрузок двигателей и пока что редких попаданий по корпусу. Капитан покрепче ухватился за подголовник кресла первого пилота.

— Щиты на полную! Осколочными батареями по торпедам, приготовиться к удару!

Десятки орудий ближнего действия открыли огонь. Выпущенные снаряды, долетая до цели, взрывались и выпускали рой поражающих элементов, пробивающих броню торпед и повреждающих двигатели. Шесть торпед были уничтожены плотным огнем «Полярной», еще одна сбилась с курса и пролетела мимо, но оставшиеся три друг за другом ударили по корвету. Первые две полностью разрушили защитное поле корабля, а последняя по касательной задела корпус и взорвалась, пробивая обшивку и выжигая несколько отсеков. В момент взрыва Дрекса отшвырнуло к терминалу связи. С потолка рухнули перебитые искрящиеся провода, один из кабель-каналов переломился пополам и, падая, ударил по тигрице. Темный мостик «Полярной» залило аварийным светом и заволокло дымом от сгоревшей проводки.

— Огонь не прекращать!!! — из угла заорал Дрекс, поднимаясь на ноги и придерживая левую руку ладонью.

Судя по острой боли, он заработал как минимум трещину в кости, а может быть, даже перелом. Ран был невредим, однако содрогнулся всем телом, резанутый ментальной болью от попаданий в «Полярную». Оправившись от шока, он доложил:

— Изолированы отсеки 7 и 8 на второй палубе! Строй прорван, один уничтожен, у двух щиты не выдержали! «Элементаль» поддерживает нас огнем, принимая на себя часть ударов врага!

Тигрица сдавленно рычала, из последних сил вслепую перенацеливая ракетные батареи. Из уголков ее рта сочилась кровь. Пошатываясь от постоянной тряски, Дрекс попытался подойти к ней, быстрым взглядом охватывая показания экранов слежения. Огневая мощь корвета сдерживала врага — но, судя по всему, теперь дроны будут их выматывать, планомерно выводя из строя главные системы корабля.

Омела вела «Элементаль» на пределах возможностей, чтобы прицелиться и дать залп по бомбардировщикам, при этом не подставив себя под перекрестный огонь. Корвет снял щиты с двух вражеских дронов, и теперь они были ее главной целью. Захватив первого дрона, рысь ловко села ему на хвост и выпустила очередь лазерных зарядов. Они не причинили особого вреда — Омела никогда в жизни не видела настолько крепкой брони корпуса. Тогда она начала целиться между двигателями вражеского судна — тут ей улыбнулась удача. Внутри дрона прогремел взрыв — слабый, но, по-видимому, уничтоживший систему управления. Кувыркаясь, бомбардировщик начал удаляться в сторону алой луны.

Омела перевела дух и посмотрела на «Полярную». Корвет отбивался из всех орудий, а рядом с ним рысь заметила необычно яркую точку, окутанную потоком плазмы. Это первый подбитый дрон волокло к соплам корвета.

— «Полярная»! У вас на хвосте!.. — закричала рысь в микрофон, но было уже поздно.

Не долетев пару метров, дрон превратился в шар огня. Двигатель «Полярной» заглох, взрывная волна сбила корабль с курса. Поток горящей плазмы залил нижнюю — инженерную — палубу корвета. Сквозь обшивку, словно сквозь бумагу, в космос вырвалось открытое пламя.

Системы жизнеобеспечения и гравитации попытались скомпенсировать резкое изменение курса, и корпус едва выдержал нагрузку. Звук деформирующегося металла прокатился по всему судну, почти разрываемому пополам. В этот раз мостику досталось немного меньше, и капитан, страшно матерясь на старом диалекте Земли, ухватился за опорную балку, чтоб не улететь в другой конец рубки.

Как только вибрация корабля уменьшилась и гравитационное поле стабилизировалось, Ран доложил сквозь сжатые клыки:

— Четвертый двигатель выведен из строя, капитан. Я перекрыл подачу топлива, компенсирую…

— Фрай, маневры уклонения! Что с дронами?.. — Дрекс пробрался к помощнице. — Фрай!

Тигрица не подавала признаков жизни. В тусклом аварийном освещении Дрекс увидел на ее спине глубокую рану от выпавшего из потолка тяжелого кабель-канала. Кровь заливала пол. Перешагнув через искрящие провода и куски опорных конструкций, Дрекс неповрежденной рукой попытался нащупать пульс у своего пилота. Ящер закрыл глаза.

— Сэр. Я чувствую чье-то присутствие в непосредственной близости от нас.

Не отрываясь от попыток расстегнуть ремни безопасности, удерживающие тигрицу в кресле, Дрекс выпалил:

— Я в курсе, спасибо.

— Нет, это не дроны. Сканеры не засекают это, но оно у нас на хвосте. Не могу точно определить дистанцию… около километра, не больше. Фиксирую мощный энергетический всплеск.

На мгновенье капитан закрыл глаза. Нужно было что-то придумать, и как можно быстрее.

— Ран, полностью принимай управление кораблем на себя. Резко отходи на 1-2-0 и начинай новый заход! Удерживай их на расстоянии! Продолжаем бой!

Ящер молча кивнул. Он снова был польщен и оценил доверие Дрекса.

Освободив Фрай от ремней, Дрекс перекинул ее лапу через свою шею и, поддерживая здоровой рукой, потащил тигрицу к выходу. Медицинская палуба была уровнем ниже, и Дрексу потребовалось около пяти минут, чтобы добраться до резервного лифта, который располагался ближе всего к командному отсеку. Корабль стонал, корпус передавал вибрацию от работающих установок осколочного огня, и капитан надеялся, что опыта Рана будет достаточно, чтобы сдерживать врага хотя бы какое-то время: оставить умирать своего пилота он не мог. Пошатываясь, капитан зашел в медотсек и уложил Фрай на стол кибермеда — стандартного решения автоматизированной хирургии на каждом военном корабле. Тигрица тихо застонала и приоткрыла глаза.

— Простите… я подвела… — прошептала она.

— Не говори глупостей, тебе не за что извиняться. — Быстро введя в терминал данные пациента, капитан дождался результатов экспресс-сканирования и отошел на шаг назад, наблюдая, как из-под стола появились манипуляторы типа «киберзмеи». Они приблизились к ране и начали очищать ее антисептиком для последующей процедуры восстановления тканей.

— Сейчас подлатаем, будешь как новенькая. Отдыхай.

Обезболивающее и снотворное уже подействовали, и тигрица медленно закрыла глаза, погрузившись в глубокий сон. Капитан бросил взгляд на терминал — кибермед сообщал, что ранение средней тяжести и на полное восстановление тканей уйдет не менее суток.

Пару мгновений Дрекс потратил на себя: зафиксировал место возможного перелома на руке эластичной тканью и, приняв дозу обезболивающего, бросился бегом обратно к мостику.

Генераторы защитного поля постепенно восстанавливались после торпедной атаки дронов. «Полярная» вела плотный огонь, и редкие лазерные удары противника почти полностью рассеивались, не долетая до обшивки корвета. Не оборачиваясь на звук открывающейся двери, ящер кратко доложил:

— Сдерживаю оборону, но не могу снять щиты и перейти в наступление. «Элементаль» получил прямые попадания, но пока что сражается и старается отвлечь оставшихся трех дронов.

Сев в свое кресло, Дрекс окинул взглядом показания сенсоров.

— Что с тем энергетическим выбросом позади нас?

— Сенсоры почти ничего не видят, визуально подтвердить цель не могу, — Ран на мгновенье закрыл глаза, — но оно до сих пор там, выжидает, сэр… Оно на границе действия сканеров… Еще шесть контактов приближаются со стороны Врат. По моим расчетам, у нас не хватит огневой мощности, чтобы противостоять восьми дронам одновременно, предлагаю подготовить «Полярную» к прыжку.

— Отставить! Отступать некуда! Сколько времени до контакта? — Капитан перевел панель управления системой наведения ракет на свою консоль.

— Не более пяти минут, сэр.

— Значит, у нас есть четыре минуты на то, чтобы избавиться от текущих проблем! Максимальную мощность на передатчики! «Гитчи Гюми» должна сейчас находиться на высокой орбите Авалона — попробуй пробиться сквозь помехи и переслать через них сигнал Администрации о наличии вражеских сил в системе! Пусть приведут планетарную оборону в полную боеготовность!

Компьютер доложил о входящем сигнале, и Ран, не дожидаясь команды капитана, сразу включил громкую связь. Сквозь шум помех на мостике послышался странный голос:

— Видимо, вам потребуется помощ-щь в решении ваш-ш-ших текущих проблем.

Дрекс кинул вопросительный взгляд на Рана:

— Это то, о чем я думаю?

Ящер утвердительно кивнул, сверяясь с данными и включая дополнительный канал связи:

— Неопознанное судно, назовите себя.

— А вы пос-с-смотрите, вот я.

Мимо «Полярной» пронесся черный истребитель и открыл шквальный огонь по дронам. В голосе его пилота ясно слышались веселые нотки:

— «Полярная»… Я та, кто вас ищ-щ-щет. Мой корабль называется «Солнечный Ш-ш-шпиль».

***

«Гитчи» завершала очередной виток вокруг Авалона. Ее системы сканирования работали на автомате, так что Девора, чтобы скоротать время, ушла в спортзал на ежедневную тренировку. Вскоре, тяжело вздыхая, туда поплелся и Хиони — он тоже старался тренироваться, но не то чтобы очень любил это делать.

— Готов? — спросила Девора с дальнего конца зала, из полутьмы.

— Да!

Хиони, стоявший в центре, под самыми лампами, принял боевую стойку на полусогнутых лапах. Он поднял перед собой учебный меч и залюбовался тем, как скользит луч света по гладкому лезвию.

Через долю секунды этот луч был разрублен пополам. Меч волка лежал далеко в углу, а Девора оказалась перед глазами напарника. Она, казалось, и не вынимала своего оружия, но Хиони знал, что его клинок улетел в угол не сам собой.

— Нет, не так, — сказала Девора деловито, — ты смотрел на лезвие, так не надо делать. Надо на меня…

— Ох, — вздохнул волк, сутулясь еще больше обычного, — не даются мне эти тренировки. Я из пистолета тоже так себе стреляю. Оружие — это не мое.

— Случись что, — сказала Девора, — надо уметь постоять за себя, разве нет?

— Оружие не решает всех проблем! Врага ты, конечно, сразишь, да еще как! Наповал! А вот если ради какого-нибудь великого дела придется убить друга? А?.. — спросил Хиони.

— Да. Если таковы обстоятельства… друга тоже, — сумрачно ответила Девора.

Волк недоверчиво хмыкнул, но возразить не успел. По «Гитчи» раздался сигнал, призывающий экипаж на мостик. Голос компьютера сообщил: «Опасность сближения. Обнаружена точка перехода в двадцати пяти километрах от нынешнего расположения корабля». Переглянувшись, Девора и Хиони со всех ног бросились к мостику.

— Что там? — спросила Девора, усаживаясь в кресло и включая основные системы корабля. Экраны пестрели данными: все это время «Гитчи» собирала и анализировала пространство высокой орбиты Авалона, используя только пассивные сенсорные системы. Бронированные створки на обзорных окнах поползли в стороны, открывая перед Деворой и волком ужасающую картину: боевой авианосец Конфедерации, выбрасывая в космос облака кислорода и куски обшивки, стремительно приближался к их кораблю. Через мгновение из новой вспышки подпространственного перехода появился тяжелый крейсер. Беглое сканирование определило нестабильность работы его реактора.

— Во имя Неба! — крикнул Хиони.

— Крен двадцать, полный назад, — взявшись за штурвал, сказала Девора так, будто вообще ничего не произошло.

Волк встряхнулся и послушно активировал аварийные протоколы, а потом включил ручное управление и перевел его на Девору. «Гитчи Гюми» протестующе застонала от резкого маневра: двигатели вышли на максимальную мощность всего за три секунды. Зато Деворе удалось увести «Гитчи» с траектории авианосца, и тот поплыл мимо, в сторону планеты. По всему его корпусу зияли сотни брешей, из них выносило обломки и даже останки экипажа. Хиони смотрел на это с ужасом, Девора — со спокойной печалью.

На борту боевого гиганта, как видно, еще оставался кто-то живой. Но, может быть, это действовала аварийная система маневрирования (Хиони так и не узнал этого из обрывочных данных с сенсорной решетки). Так или иначе, на авианосце наконец-то заработали двигатели, пытавшиеся погасить инерцию и изменить курс корабля, чтобы избежать притяжения Авалона. Через несколько мгновений, показавшихся нервному волку вечностью, один из двигателей взорвался. Началась цепная реакция. Авианосец разорвало пополам, и обе части некогда могущественного судна начали медленно входить в верхние слои атмосферы Авалона. Это вызывало панику среди торговых и транспортных кораблей на нижней орбите рядом с орбитальной верфью: видно было, как они спешно разогревают маршевые двигатели.

— Включай основные системы. Боевая готовность! — приказала Девора железным тоном, начав маневр схода с орбиты. Бросив взгляд на второго соседа, тяжелый крейсер, Высшая заметила, что тот заглушил двигатели — видимо, из-за опасности взрыва реактора.

Волк молчал. Он то деловито смотрел на приборную панель, то с ужасом оглядывался на обломки боевого корабля, огненными клубками тающие в атмосфере.

— Д-Девора, — позвал он наконец. — Принимаем сигнал.

— Чей, координаты, цель?

— Это «Полярная»… Запрашивает ретрансляцию… Сигнал очень слабый, как будто его глушат.

Хиони сосредоточился на экране терминала связи, вводя команды для дешифровки и последующей передачи сообщения, и, пробежав взглядом по ответному тексту, замер.

— Капитан Дрекс приказывает немедленно привести систему планетарной обороны в боевой режим. А дальше — обрыв сообщения.

Взгляды Деворы и Хиони пересеклись. Темные глаза Деворы, как обычно, смотрели спокойно, зато Хиони не сомневался, что его собственные глаза излучают неприкрытый ужас. По всей видимости, «Полярная» столкнулась с вражескими силами и не в состоянии оказать отпор. Иначе капитан Дрекс давно бы вернул корабль на орбиту.

— Ретранслируй что есть, — велела Девора.

«Гитчи Гюми» начала медленно двигаться, разворачиваясь кормой в сторону маяка подпространственных Врат.

— Сообщение ушло, — успел сказать Хиони. — А теперь полетим помогать «Полярной»?

Но вдруг — в один ослепительный момент — все видимое пространство перед «Гитчи» озарилось красным свечением. Еще мгновение — и рубиновый огонь сменился белым, залившим кабину и ослепившим смотрящих. Мощная вспышка разорвала пространство и время, и из червоточины появился корабль. Огромный — почти в десять раз больше любого ударного крейсера — он выглядел так чуждо, что было ясно — он никогда не принадлежал обжитому, известному миру.

Формой корабль напоминал живое существо: обшивка из неизвестного материала была похожа на чешую, и чувствовалось, что ей — не один миллион лет. В передней части угадывалась и голова. Но только из какого ада могло бы появиться такое чудовище?..

Сверкая в розовых лучах луны и желтых лучах солнца, Пришелец взмыл на верхнюю орбиту Авалона и начал неторопливо разворачиваться правым бортом к крейсеру и чуть более близкой орбитальной верфи.

Девора вздрогнула, волк впервые заметил на ее лице замешательство.

— Ты чего? — спросил он, когда Девора активировала огневые системы корабля.

— Он хочет… — пробормотала Высшая. — Он развернулся для…

— Оставь, что ты делаешь? Что — ты — делаешь? — заорал волк, пытаясь схватить Девору за руку. Она отклонила его лапы незаметным движением, и Хиони — как давеча его меч — как-то сам собой оказался в дальнем углу. Он негодующе заскулил, но замолчал, едва увидев, что боевой крейсер Конфедерации с заглушенными реакторами тоже, вслед за «Гитчи», направляет оставшиеся орудия в сторону Пришельца.

Но он тоже не успел ничего сделать. Остановившимся взглядом смотрела Девора, как космос разорвали десятки ярчайших лучей и коротких залпов. Пришелец целил в Авалон. Сотни стремительных смертей сорвались с его поверхности и понеслись к планете. Они впивались в атмосферу одна за другой, и каждую встречал бело-огненный цветок взрыва. Хиони закричал от ужаса. Смертельно бледная Девора давила на гашетки, вызывая глупый, ничего уже не могущий изменить огонь. До крови закусив губу, она стреляла в огромного монстра, как будто могла помешать ему делать его страшное дело.

Один из лучей корабля-убийцы полоснул по двигателям «Гитчи Гюми». Прорвавшись сквозь кровавую вспышку тревоги, волк успел включить аварийный маяк, ввести одну команду в компьютер — но тут на него обрушилось беспамятство. Девора тоже потеряла сознание, но ее пальцы продолжали яростно сжимать бесполезные гашетки.

***

Стоя позади сосредоточенного ящера, Дрекс наблюдал, как под ураганным огнем «Солнечного Шпиля» и «Полярной» последний вражеский дрон вспыхнул и взорвался. Шум помех в рубке корвета мгновенно исчез, искажения с экранов систем наведения тоже сошли на нет. Капитан провел взглядом по показаниям сканеров дальнего действия — сейчас корвет и сопровождавшие его корабли были на обратной стороне большой красноватой луны Авалона — окололунное пространство и коридор были чисты, признаков угрозы больше не наблюдалось.

Устало склонившись над приборной панелью пилота, Дрекс включил канал связи с «Элементалем» и «Солнечным Шпилем»:

— На связи «Полярная». Всем судам доложить о повреждениях.

— Повреждения минимальны, капитан Дрекс-с-с, — шипящий голос со «Шпиля» казался тенью звуков.

— Меня ваще потрепало, в корпусе дырки, стабилизаторы двигателей едва дышат… — пискнула рысь в свою очередь.

— Немедленно сажайте «Элементаль» в наш главный ангар! — перебил Дрекс— Передаю опознавательные коды.

— Ага… в смысле — есть, капитан, — ответила рысь.

Акронги Ран, внимательно следя за приближающимся «Элементалем», отключил микрофоны и произнес:

— У нас повреждения средней тяжести. Пожар на инженерных палубах нейтрализован, четвертый двигатель не функционирует, пара отсеков не изолированы от внешней среды. Автоматическая система ремонта уже активирована, компьютер управляет работами. Так как почти вся энергия была перенаправлена на двигатели и орудия, до перезарядки подпространственного двигателя осталось около часа.

— Спасибо, Ран. Отличная работа, — ящер благодарно кивнул в ответ, и капитан вновь обратился к пилоту «Солнечного Шпиля» — истребителя, переломившего ход сражения. На одном из мониторов был выведен его силуэт и предварительная информация, полученная из банков данных «Полярной»:

— «Шпиль», мы распознаем ваши авторизационные коды, которые принадлежат фракции Мистиков, но система не может опознать в вас какое-либо известное судно сектора Сол.

В ответ раздался смешок:

— Ещ-ще бы, Человек. За пределами Меркурия вы первые, кому оказана чес-с-сть видеть мой корабль. Я хочу поговорить о том, что произош-ш-ло, но не через с-с-связь. Лично.

Ящер перевел взгляд на Дрекса. Тот молча кивнул.

— «Солнечный Шпиль». Передаю опознавательные коды.

***

Тень смежила веки. Вопросы отвлекали, даже сближение с корветом давалось нелегко — в голове крутилось слишком много мыслей, и «Шпиль» реагировал на них нервно, как огненный меркурианский скакун на дергающийся повод.

Поначалу все казалось просто — всего лишь выйти на контакт и проверить данные. Теперь эти дроны. Почему они атаковали?.. И где их носитель? «Смотрящий». Кто им теперь управляет?..

С каждой минутой появлялось все больше вопросов.

***

Ран и Дрекс вошли в главный ангар, где уже совершил посадку «Элементаль». Судя по температуре воздуха, корабль выключил посадочные двигатели буквально только что. Омела скатилась с трапа, вся взъерошенная от нервного напряжения – но в ее глазах все еще горел озорной огонек. Углядев, насколько пострадал ее любимый «Элементаль», она несколько присмирела, но сразу воспряла вновь при виде Высшего.

Она подбежала к капитану, вытянулась по стойке «смирно» и выпалила:

— Омела Вейн-Блум, пилот фрегата «Элементаль», к вашим услугам.

Ухмыльнувшись, Дрекс протянул руку, и рысь, прижав уши от удивления, осторожно пожала ее.

— Я не заслужила, я же провалила задание по эскорту!

— Всё в порядке, вы сделали все, что смогли. Отличная работа, пилот.

— Верно. Ваши действия во время боя высоко оценил искусственный интеллект, — сказал Ран.

— Да, правда? — воспряла Омела.

— К сожалению, ваше судно ничего бы не смогло сделать для спасения «Химеры», — добавил ящер, сочувственно глядя на маленькую рысь.

Тут все подняли головы: наверху ангара раздался стук, и огромные створки поползли в стороны. Атмосфера корабля теперь удерживалась прозрачным силовым полем, сквозь которое можно было видеть близкий диск Гальфрида. Его тут же заслонила тень «Солнечного Шпиля».

Истребитель Мистиков прошел через защитное поле и начал снижаться, обдав горячим воздухом посадочных дюз всех, кто был на палубе находившихся на палубе. В длину он был около двадцати пяти метров, и еще метров десять приходились на размах серповидных крыльев. Судя по всему, «Шпиль» был сделан из новых сплавов, полученных ведущими учеными Меркурия совсем недавно: швов и стыков на черной обшивке корабля не было видно.

Дрекс заметил, что Ран изумленно рассматривает истребитель — судя по всему, ящер тоже не был знаком с этим типом кораблей. «Шпиль», мягко коснувшись палубы, сел в двадцати метрах от «Элементаля» и опустил трап. По нему неспешно спустилась фигура ростом чуть выше человеческого, закутанная в балахон темных тонов. С расстояния Дрекс смог лишь отметить, что это некто Возвышенный. Ран наклонился к нему и прошептал:

— Капитан, это не Мистик — они обычно ростом ниже Человека.

Наблюдая за приближающейся фигурой, Дрекс почувствовал, что, несмотря на внешнее спокойствие и отсутствие видимой агрессии, она при желании может легко их всех уничтожить. Капитан рефлекторно провел правой рукой по рукоятке пистолета на поясе.

— Я Ричард Дрекс, капитан корвета Сил планетарной обороны «Полярная», — негромко, но уверенно произнес он, делая шаг вперед.

Тень мягко надвинулась на капитана и стала еще темнее. Откинулся просторный капюшон, и два шафрановых глаза с узкими зрачками обвели всех собравшихся… Глаза кошки, голова пантеры — и ряд странных острых шипов, сбегающих от макушки к позвоночнику. Еще один шип, бритвенно-острый, сверкал на конце черного пушистого хвоста, перехваченного широким золотым кольцом. А за спиной под плащом тень прятала широкие крылья, словно позаимствованные у ночи.

— Меня зовут Ш-Ш-Шандарис. Верно, я не Мис-с-стик, — произнесла мантикора. При этом она пронзила взглядом ящера, почти полностью проигнорировав Человека.

— Рад знакомству. Ран, выдели, пожалуйста, Омеле каюту на первом уровне, — капитан повернулся к рыси, — я лично прослежу за тем, чтобы по возвращению ваш корабль перевели в доки орбитальной станции Авалона для ремонта, а пока что вам нужен отдых.

— Классно, — прошептала Омела, которая была рада оказаться на «крутой» боевой «Полярной».

Через пару минут Дрекс и Шандарис зашли в пустой, тускло освещенный конференц-зал. Над столом, стоявшим в центре, отображалась голографическая проекция луны Гальфрид и местоположение «Полярной» относительно нее. Подойдя к пульту управления, капитан нажал пару клавиш, и изображение сместилось — появилась дополнительная информация о времени выхода станций слежения Авалона из тени луны. Оставались считанные минуты до возобновления связи с колонией.

— Итак? Если не Мистик, то кто? — Дрекс повернулся к мантикоре, которая все это время внимательно смотрела на Человека, будто пытаясь разгадать его.

— Как верно подметил ваш навигатор, на Мистика я не похожу, ростом не выш-ш-шла, — с иронией произнесла мантикора, — но для их немногочисленного ш-ш-штата разведки я вполне подош-ш-шла.

Она скрестила лапы на груди и внимательно посмотрела на Дрекса сквозь голубоватые линии голографической проекции:

— Вам что-нибудь извес-с-стно о тех кораблях, которые вас-с-с атаковали?

Капитан, опершись рукой о раму стола, посмотрел в непроницаемые глаза мантикоры. За последние десятилетия разведка фракции Мистиков, которые обитали на Меркурии в секторе Сол, никак не сотрудничала ни с военными, ни с другими силовыми структурами Земли (а позже — Конфедерации). Мистики ограничивались лишь редкими контактами, и всегда только в своих интересах. Так что было еще рановато раскрывать все карты.

— До меня доходила кое-какая информация о подобных судах от капитанов боевых флотилий, но это были скорее слухи, чем какая-то фактическая информация. До этого момента я с ними не сталкивался, — качнул головой Дрекс. — Пока нам только известно, что это беспилотники, но структура их корпуса и вооружение не похожи ни на что, созданное Человеком.

Мантикора медленно кивнула, хотя Дрекс почувствовал, что она не поверила ни единому его слову.

— Ищ-щ-щете причину, почему отказали Врата на приграничных секторах, на Земле… — произнесла Шандарис. — Многие ищут. А отказали они из-за этих дронов. С-с-скорее всего.

Дрекс почувствовал, как под повязкой снова заныла поврежденная рука. Просто замечательные новости. «Новос-с-сти»… Это значит, что каким-то образом противник обходит пограничный периметр и внутрисистемные станции наблюдения.

— Но это пока что догадка?

— Да, пока ш-ш-што догадка, — Шандарис кивнула и сузила зрачки, — два дня назад по ваш-шему исчислению в соседней с-с-системе мой «Шпиль» засек такое же судно… такое же, как дроны, та же с-с-сигнатура. И через мгновение Врата там отключились.

— Каким образом они это делают, известно? — Дрекс напряженно обдумывал новую информацию и задался вопросом, как много на данный момент обо всем этом знают разведка Конфедерации и командование СПО.

В это время на голографической проекции «Полярная» вышла из тени Гальфрида в зону прямой связи с наблюдательными станциями Авалона.

— Неизвес-с-стно, — после паузы прошипела Шандарис, — никто не знает их с-с-способ. Никаких физических и логических изменений в структурах Врат не произош-ш-шло. Однако все указывало на то, что следующая в очереди на отключение портала — эта система. Поэтому я здес-с-сь. Я ищу саботаж, я фиксирую его процесс-с-с.

— Весь мой опыт говорит о том, что какими бы чудесными свойствами и дальностью полета подобные корабли ни обладали, всегда поблизости находится их несущий корабль, — заметил Дрекс.

Мантикора задумчиво кивнула, но не успела ответить — раздался вызов по интеркому:

— Капитан Дрекс, пройдите на мостик, — попросил Ран. Щелкнув переключателем, Дрекс спросил:

— Это срочно?

— Боюсь, что да. Мы вышли из тени, но станции наблюдения Авалона не отвечают на наши запросы.

— …А где же ваш-ш-ш пилот?

— Фрай была ранена, сейчас в медотсеке.

Подходя по главному коридору первого уровня, Дрекс и Шандарис встретили Омелу, которая стояла рядом с закрытыми дверями, ведущими на мостик «Полярной». Обернувшись на звук шагов, рысь обеспокоенно взглянула на Человека.

— Капитан, я услышала… Можно мне тоже туда?.. — Омела робко кивнула в сторону дверей, когда капитан вводил код доступа. Двери бесшумно скользнули в стороны

— Разрешаю, — Дрекс кивнул Омеле. Втроем они подошли к Рану, который пытался наладить связь, просматривая инструкцию и параллельно вводя команды в терминал.

— Прошу прощения, капитан. Я не связист, но, по всей видимости, наше оборудование в порядке.

Отмахнувшись от свисающих с потолка кабелей, Дрекс подошел ближе к пульту управления и лично запустил повторную диагностику систем.

— Где автоматические маяки? Что-нибудь есть на широковещательном диапазоне?

Анализатор радиосвязи показывал только микроволновый шум, а подпространственный ресивер молчал, не принимая сигналов маяков орбитальной верфи или навигационных спутников.

— Может просто это как в нашей последней драчке — системы сбоят? — с надеждой в голосе спросила рысь.

Дрекс молча покачал головой.

— Мичман Ран, что показывают сенсоры?

Ящер наклонил голову и закрыл глаза, обращаясь к потоку данных навигационного модуля, который дублировался на один из экранов в рубке.

— Провожу дальнее зондирование, — сказал он. — Вижу… На орбите Авалона находятся неизвестные корабли, но расстояние слишком большое — ничего больше узнать нельзя.

Дрекс развернулся и отошел к своему месту. Вариантов мало — нужно вернуть «Полярную» на орбиту, хоть это и довольно рискованно.

— Готовность к короткому прыжку. — Капитан сел в свое кресло. — Щиты на максимум.

Когда реактор перевел основной объем энергии в подпространственный двигатель, корабль едва заметно завибрировал. Начали разогреваться маршевые движки, готовые сорвать «Полярную» с места. Один из них запищал было о неисправности, но Ран устранил проблему, выровняв коэффициенты нагрузки вручную.

— Омела, Шандарис, держитесь за что-нибудь, — Дрекс мрачно кивнул на свою руку в перевязке, покоящуюся на подлокотнике, — не повторяйте чужих ошибок.

— Мне говорили, что Выс-сш-шие не совершают ошибок, — процедила сквозь зубы Шандарис, хватаясь, однако, за ближайший поручень.

Омела напряглась: слова мантикоры звучали как оскорбление, но в ответе Человека явно можно было услышать усмешку:

— Надеюсь, вы не поверили в это.

— Двигатель заряжен и готов к прыжку, капитан, — доложил Акронги Ран. — Точка выхода задана, вектор подтверждаю. Защитное поле перезаряжено, орудия также перезаряжены. Обратный отсчет на пять… четыре…

Вибрация усиливалась, теперь можно было ясно различить гул двигателя, готового выплеснуть энергию для создания искусственного входа в подпространство.

— Два… один… Пошел.

Перед «Полярной» возникла вспышка, которая на короткое мгновенье ослепила всех, кто находился на мостике. В тот же момент корвет сорвался с места, нырнув в объятия сияния и оставив за собой шлейф ионизированных газов. Прыжок на короткую дистанцию в четыреста двадцать тысяч километров длился всего одну тысячную секунды, и темный космос за обзорным окном мгновенно сменился диском Авалона.

На одном из двух его континентов даже с орбиты были видны масштабные пожары.

«Полярная» вышла из подпространства на низкой орбите, в двадцати километрах от верфи, но вместо верфи были только разрушенные леса и обгоревший остов. Замешкавшись на миг от потрясения, Ран не сразу заметил, что навстречу корвету несется обломок размером с шаттл.

— Обходные маневры! — заорал Дрекс.

Рану удалось увести «Полярную» с пути самых крупных обломков. Около сотни небольших осколков бывшей станции и погибших судов проскочили сквозь защитные поля и ударили по корпусу. В течение долгой минуты по всему корвету раздавались звуки ударов, пока ящер не вывел судно в наиболее свободный от мусора район орбиты и не заглушил двигатели. Особого вреда обломки не причинили.

В ровный гул работающей аппаратуры первым вторгся Дрекс:

— Статус. Связь. — Голос прозвучал неестественно тихо.

Никто не мог отвести взгляда от последствий бойни, которые были видны за обзорным экраном.

— Верфь уничтожена. Различаю фрагменты орбитальной станции и других судов. Отчетливо распознаю остовы гражданских транспортных и пассажирских кораблей, вражеское присутствие не подтверждаю, — ящер открыл глаза и посмотрел на анализатор связи. — Нет никакой связи. Автоматические маяки тоже молчат.

Везде, насколько хватало глаз, были видны останки кораблей и их экипажей. Обгоревшие и замерзшие трупы вперемешку с обломками медленно кружились по своим хаотичным орбитам рядом с кораблями, уничтоженными изнутри пожарами и взрывами. Множество гражданских судов были пришвартованы к верфи и там же погибли в момент атаки, не успев даже включить двигатели.

А внизу пылал атомным пламенем огромный Авалон.

— Тис, — простонала Омела. — Братики, сестричка…

Она осела на пол.

— Поверхность, — процедил сквозь зубы Дрекс.

На голограмме показалась топографическая схема материка, на которой компьютер отметил красным десятка четыре точек.

— По предварительным данным — сорок семь ударов с орбиты неизвестным оружием, фиксирую остаточный радиационный фон, — Ран выдохнул. Омела застонала. — От колонии и близлежащих поселений ничего не осталось, кроме руин. Температура воздуха в радиусе тысячи километров составляет более четырехсот градусов… Связи нет, биосканеры ничего не фиксируют… Как же так…

— Проекция тактической карты в реальном времени! — велел Дрекс. Мгновение неуверенности прошло. — Следить за пространством, враг еще может быть рядом! Передать опознавательные коды на аварийных частотах, обследовать биосканером орбиту! Мне нужно знать, кто это сделал!

Они искали долго. Время будто замерло от скорби, а они все искали выживших, рассыпали в пространство позывные — и не получали ответа. Омела тихо плакала, сидя прямо на полу, освещенная страшным алым светом из окна. Ран внешне был спокоен, однако, горбясь, склонился к проекциям гораздо ближе, чем обычно. Особенно страшным было то, что это длилось очень долго, целую вечность, но на протяжении вечности ничего не менялось. Атомный пожар на Авалоне не утихал, на орбите все с такой же жестокой ясностью были видны обломки и тела погибших, так же безмятежно сияли далекие звезды и так же мертво молчал эфир.

Прошла, кажется, еще одна вечность, и тогда Ран распрямился и надтреснуто сказал Дрексу:

— Наконец-то! Я фиксирую импульс аварийного маяка! Сигнал слабый, видимо кто-то сумел включить запасной реактор…

— Идентифицировать можешь? — Капитан поморщился от одной мысли о засаде. Ящер закрыл глаза.

Сквозь обломки он разглядел туманный корпус небольшого фрегата. Вот пульс реактора, тридцать километров от правого борта. Вот он — угасающее сердце межзвездного корабля. Корабля из стали, который отражает волны излучения «Полярной», пробивающиеся сквозь мощный радиационный фон окружающего пространства. Корабль, видимо, слеп и глух — запросы корвета остаются без ответа… Биосканеры фиксируют слабые на этом расстоянии признаки биологической активности. Осталось сопоставить сигнатуру излучения реактора с известными судами в базе данных…

Искусственный интеллект сразу выдал ответ, и Ран распахнул глаза, резко ударив по нескольким клавишам когтями. На одном из мониторов появился мерцающий силуэт судна.

— Это «Гитчи Гюми»! — радостно крикнул Ран.

Дрекс смотрел на нечеткое изображение фрегата, подавшись в кресле вперед.

— Уверен? Признаки жизни есть?

— Да! Мы с «Полярной» определяем вероятность совпадения в девяносто процентов. Биосканеры не эффективны на таком расстоянии, но слабые признаки жизни фиксируются! Девора! Хиони!..

Дрекс откинулся в кресле и закрыл глаза, которые за последние сутки как будто налились свинцом.

— Прокладывай курс.

***

По сравнению с «Гитчи Гюми» «Элементаль», стоявший рядом в главном ангаре корвета, выглядел как новый. У корабля Деворы были повреждены двигатели, так что Рану пришлось использовать буксировочный луч, чтобы захватить его и привести в движение.

На пылающей планете началась цепная реакция. Атмосфера стала огнем, и огромный вихрь бушующего пламени пожирал земли, иссушал моря и губил все живое. Облака почернели, а из-под них тлел огонь городов. Он окрашивал обломки судов на орбите в розовый цвет, а большая луна Гальфрид словно истекала кровью.

Дрекс понимал, что больше здесь, у Авалона, никого не найти и не спасти. Как только погрузочные механизмы главного ангара сообщили о фиксации «Гитчи», «Полярная» прыгнула к астероидному поясу.

Теперь корвет дрейфовал в режиме ожидания, погасив все активные системы во избежание обнаружения.

— Хьюго! Девора! — Ран вбежал в ангар, захватив по пути автоген из ящика инструментов на входе. Он попробовал открыть основной шлюз, но тот был деформирован.

Тогда, недолго думая, ящер включил автоген, и на палубу посыпались искры. Дрекс стоял позади, держа наготове портативный медицинский комплект. Выключив горелку, Ран отошел на десять метров и с разбегу, взмахнув крыльями для ускорения, со всей силы ударил в люк плечом. Кусок железа с грохотом провалился внутрь шлюза, где от разницы давлений на вошедших дохнул небольшой сквозняк. Внутренние створки шлюза были открыты, за ними виднелся плохо освещаемый коридор, ведущий к центральной секции корабля. Не медля ни минуты, Ран и Дрекс бросились бегом — по холодным отсекам и коридорам фрегата — к командному пункту. Ворвавшись на мостик, где было холодно, как в морозилке, Дрекс увидел, что большинство приборов выключены, на остальных отображаются критические показания корабельных систем. На полу, тяжело дыша, лежал волк, а в кресле пилота без сознания сидела Девора Нокомис.

— Жива! Выносим их! — крикнул Дрекс ящеру, проверяя пульс у Высшей.

— Волк тоже, — удовлетворенно прошипел Ран.

Через полчаса очнулась Девора, чуть позже — Хиони. Оба они были еще слабы после кислородного голодания и низких температур, но больше повреждений, за исключением кучи ушибов и синяков, кибермед не зафиксировал.

— Спасибо, что вытащили нас, — сказала Девора, отвергая предложение медицинской машины сделать дыхательную гимнастику. — Хиони включил аварийную автоматику, чтобы нас можно было найти среди обломков…

У волка на морде была кислородная маска, так что он не сумел ничего сказать, лишь кивнул.

— Сколько мы были в отключке? — спросила Высшая.

— Насколько я понимаю, около двадцати минут, может быть, полчаса. Нам потребовалось около пятнадцати, чтобы посадить ваш корабль с момента приема сигнала аварийного маяка, — ответил Дрекс, прислонившись плечом к стене палаты.

— Значит, Авалон начал гибнуть полчаса назад, — ровным тоном сказала Девора.

— Кто это сделал, Девора?

Вместо ответа она достала из внутреннего кармана небольшой кристалл с данными и протянула его капитану.

— Это предоставит вам доступ к бортовому компьютеру «Гитчи Гюми», в том числе и его регистраторам. Я не знаю, что это было. Что-то очень чужое. Сами посмотрите.

***

Видимо, освещение не работало на всем корабле — палуба озарялась только тусклым красноватым светом умирающей звезды, пробивающимся через обзорные иллюминаторы. Фрай медленно шла по нижним уровням к мостику, прислушиваясь к непривычной тишине. Обычно можно было различить тихий гул реактора и работу погрузочных механизмов или ремонтных ботов в главном ангаре, который остался за спиной… Теперь корабль безмолвствовал, и это пугало тигрицу. Попытки связаться с капитаном результата не дали — интерком молчал.

Через минуту Фрай подошла к массивным створкам, за которыми должен был находиться один из запасных лифтов на верхние уровни. Здесь она остановилась и резко обернулась.

Ей показалось, что совсем рядом она услышала чье-то дыхание, но коридор как был, так и оставался пустым. Вновь обернувшись к консоли доступа, тигрица попробовала ввести свой личный код, но отдернула лапу — раздался оглушающий удар, и створки изнутри слегка прогнулись. Фрай слегка трясущейся лапой достала из кобуры пистолет и, прицелившись, медленно попятилась. За первым ударом последовал еще один. И еще. Развернувшись, она со всех ног помчалась назад, преследуемая звуками разрываемого металла.

Зачем ты бежишь? — прозвучал шепот за ее спиной.

Фрай вбежала в пустой и темный ангар, водя прицелом из стороны в сторону. Хоть она и пыталась сохранить спокойствие, кончик ее хвоста невольно подергивался, выдавая напряжение. С другого конца ангара донесся шум. Судя по всему, источник звука находился на мостках наверху, рядом со шлюзом.

Это был смех, который с каждой секундой становился громче.

— Тебе не убежать от нас! Возрождение грядет!

Что-то массивное приземлилось у нее за спиной. Словно в замедленной съемке, тяжело дыша, тигрица повернулась к сгустку тьмы и нажала на курок. Яркая вспышка ослепила ее, и разрывная пуля вылетела из дула, оставив запах дыма, который был больше похож на сигаретный.

Фрай дернулась и попыталась открыть глаза, но сразу же прищурилась от яркого света, бьющего с потолка медицинской палубы. Сквозь туман тигрица разглядела Дрекса, который сидел на стуле неподалеку и внимательно наблюдал за ней, держа в расслабленной руке зажженную сигарету.

— Капитан? — Фрай попыталась приподняться на операционном столе, но от резких движений ее удержала ноющая боль в правой половине спины.

Осторожно встав, она обернулась и кинула взгляд в зеркало. Кибермед закончил обработку раны часа три назад, но не мог сразу полностью залечить такое ранение — в отражении был виден шрам, тянувшийся от лопатки до поясницы.

— Долго я?.. — Фрай повернулась к Дрексу и только сейчас заметила, что тот выглядит так, будто не спал пару дней.

— Чуть более суток. — Капитан затянулся сигаретой, кивнув на соседний стул, где лежала новая куртка пилота с надписью «СПО Полярная», вышитой на спине.

— Что произошло? Мы одолели противника и ждем подкрепления? — нахмурилась Фрай, засовывая лапы в рукава. Еще не до конца восстановившиеся двигательные функции не позволяли накинуть куртку с тем же проворством, что и раньше.

Затушив сигарету в почти полной пепельнице, Дрекс встал со стула и ответил:

— Семь часов назад мы вышли из режима радиомолчания, и я отправил рапорт адмиралу Вилфорду. В ответ пришло короткое указание о том, что состоится сеанс связи со штабом Сил планетарной обороны. Мы потеряли Авалон, Эл.

---