КОРВЕТ СИЛ ПЛАНЕТАРНОЙ ОБОРОНЫ «ПОЛЯРНАЯ».
СИСТЕМА ЭШЕРА, 16062480/0630 СГВ.
Автоповар отрывисто пропищал и открыл дверцу. Хиони вынул из светящегося нутра две тарелки, переставил на поднос и сосредоточенно понес еду к столику.
Девора уже сидела там и была настолько погружена в себя, что не заметила, как волк поставил перед ней завтрак. По корабельному хронометру сейчас было раннее утро, и помимо Хиони и Высшей в кают-компании никого не было.
Едва выйдя из медотсека, Девора попыталась поговорить с капитаном Дрексом относительно того, что им делать дальше с «Гитчи Гюми» и когда будет возможность транспортировать его до какой-нибудь ближайшей судоверфи. Но капитан сказал, что сейчас это невозможно, и попросил дать ему время, пообещав, что соберет всех и объяснит сложившуюся ситуацию.
«Полярная» до сих пор находилась в астероидном поясе. Смирившись, Нокомис и Хиони перебрались на нее и заняли каюты для экипажа. Высшая надеялась, что в скором времени все закончится и они с волком улетят прочь.
Хиони потянул носом пар, поднимающийся с тарелки.
— Армейская пища. Сейчас узнаем, чем кормят героев в Звездном флоте!
— Здешний автоповар мало на что пригоден, — высокомерно отозвалась Девора.
Хиони сначала лизнул кусочек прямо с тарелки, а потом, распробовав, набросился на еду. Он орудовал большой ложкой с ловкостью того, кто знает, что такое голод и тяжелая работа.
— Зря ты так. Профто замешашельно, — пробубнил он. — А какой тут бар, ты только посмотри! Сейчас принесу чего-нибудь…
— У здешнего капитана неплохой вкус, — отметила Девора, оглядывая светящиеся полки. — Но не рановато ли для выпивки?..
— Я думал тебе предложить… Все ж для тебя это такой стресс… — сказал было волк, но Высшая перебила его.
— Что с «Гитчи», Хиони?
Инженер задумчиво почесал лапой за ухом.
— Повреждения тяжелые. Если бы мне позволили использовать ремонтные боты «Полярной», я бы смог привести его в чувство за пару дней, а так — две недели, может месяц.
Тут дверь открылась, и в кают-компанию на заплетающихся ногах вошла Омела с бутылкой в лапе. Там что-то едва плескалось на донышке. Рысь остановила на Высшей и Хиони неверный, заплаканный взгляд, потом отвернулась к бару и принялась сравнивать свою бутылку с теми, что стояли на световых полках, чтобы найти точно такую же и продолжить заливать свое горе.
Хиони посмотрел на маленькую сиротливую фигурку, отставил свою еду и подошел к рыси.
— Омела…
— У-у-уйди! — вдруг зашипела рысь и отбросила его протянутую лапу. Она залпом прикончила бутылку и швырнула ее в угол. — Самим-то хршо, да? Живы-целехоньки, удрали?.. А там, на Авалоне, в-в-все погибли, все!..
— Мы знаем, знаем, — пробормотал Хиони.
— Знаете, да? И она знает? — встопорщенная Омела метнула взгляд на Девору, которая все так же бесстрастно сидела над тарелкой. Алкоголь начисто смыл из разума рыси правила общения с Высшими. — А че она такая сп… спокойная? Заранее знала, да? Может, она и… она и… привела этих, с бомбами?..
Девора поднялась из-за стола, неотвратимо, как тайфун. Хиони прижал уши, а Омела, сама в шоке от слов, которые сказала, впилась в нее взглядом.
— Мне очень жаль, что ваша планета погибла, — ровным тоном произнесла Девора.
— Жаль? Вот так спокойно про это говоришь, да? — снова взвилась рысь и заплакала, громко шмыгая носом. Ее пошатывало. — Я тебе вот что скажу!.. Нифига тебе не жаль! Это все ты! Да я тебе… Ы!..
— Довольно! — раздалось рычание. В кают-компанию зашла Фрай, держа лапу на рукоятке табельного пистолета. — Вейн-Блум! Приказываю прекратить это представление! Не забывайте, где вы находитесь!
Весь вид тигрицы свидетельствовал о готовности любой ценой предотвратить потасовку. Фрай подошла к Деворе, слегка склонила голову и заговорила уже спокойным тоном:
— Высшая, прошу простить, если действия или слова пилота Омелы Вейн-Блум вас задели. Прошу, войдите в ее положение.
— Да, я прощаю, — ответила Девора. — Эта Возвышенная не знает, о чем говорит. И еще я прощаю ее потому, что и сама была в ее положении.
Омела не успела осмыслить слова Высшей. Она, качаясь, ухватилась за стойку бара, а на ее плечо легла тяжелая лапа тигрицы.
— Приведи себя в порядок. Капитан ждет тебя через двадцать минут, — велела Фрай.
— Л-л-ладно, — пропищала рысь в ответ.
Тигрица дождалась, пока Омела умоется, а потом повела ее по коридору первого уровня корвета. Помимо кают экипажа тут располагались основные узлы корабля и мостик.
Омела, с трудом прорываясь сквозь алкогольную муть, пыталась понять, для чего капитану потребовалось поговорить с ней лично. Она бы спросила у лейтенанта Фрай, но как тут спросишь после всего, что она нагородила в кают-компании? Вот стыд-то, на Высшую…
Капитан ее теперь точно накажет, выгонит за подрыв дисциплины на боевом судне. И так все плохо, а теперь еще и это…
Фрай привела понурую рысь к каюте, которая была ближе всех к мостику, и нажала на кнопку вызова. Через пару мгновений дверь с тихим шипением отъехала в сторону, открывая полумрак жилища капитана. Фрай молча указала лапой, приглашая рысь пройти вперед. Кивнув, та послушно перешагнула порог и огляделась. Каюта была в точности такой, какие были выделены всем, кто сейчас находился на борту «Полярной». Стол, пара стульев, койка, стеллаж для личных вещей, за второй дверью — душевая и туалет.
Но тут рысь с удивлением разглядела в полумраке, что стеллаж уставлен настоящими книгами, которые давно считались антиквариатом — информация теперь хранилась и передавалась практически только в цифровом виде. Еще больше изумило ее то, что освещалась каюта не настенными лампами, а восковыми свечами, стоявшими на столе! Свет от них был желтым и мягким.
Стол был завален картами неизвестных Омеле планетарных систем, а в дальней его части покоилась старинная, деревянная, покрытая лаком доска с шахматами. Омела прикинула, сколько такая стоит, и испугалась еще больше.
Сам капитан стоял у обзорного иллюминатора, за которым виднелись медленно вращающиеся астероиды всех форм и размеров. Позади Омелы вновь раздалось шипение, и рысь инстинктивно бросила взгляд назад — оказалось, это закрылась дверь. Тигрица тоже зашла в каюту и теперь стояла у входа, заложив лапы за спину.
— Омела. Омела Вейн-Блум, — произнес капитан, и рысь невольно поежилась. Дрекс повернулся к ней и слегка улыбнулся.
— Слышал, что вы повздорили с капитаном Нокомис.
— Д-да, так и было… сэр, — ответила рысь, готовая провалиться сквозь землю.
— И по какой же причине, если не секрет?
Омела быстро обдумывала, чем бы объяснить все это позорище, но в итоге лишь вздохнула и подавленно ответила:
— Мне стыдно. Я зря сказала, что… что…
— Что они виновны в том, что произошло? — закончил мысль Дрекс.
Омела только кивнула.
— Не могу винить тебя за то, что ты так отреагировала, но хочу, чтобы ты знала — они тут ни при чем, — сказал Дрекс. — Капитан Нокомис предоставила мне данные с ее корабля, который находился на орбите и зафиксировал все произошедшее. Насколько я понял из записей, в последний момент Хиони активировал некое маскировочное поле, которое сделало для врага их «Гитчи» похожей на полностью уничтоженный корабль.
— Поле?..
— Да, видимо, этот волк тот еще гений, раз смог создать маскировку такого уровня. Нашему регулярному флоту это пока что только снится, — кивнул Дрекс. — Впрочем, на самом деле я хотел поговорить с тобой о другом.
Подойдя к рыси, капитан заглянул ей в глаза.
— Омела, мне очень жаль, что ты потеряла друзей и близких.
В эти слова рысь поверила без всяких сомнений. Этот Высший тоже был спокоен, но не бесстрастен, как Девора. Было видно, что он говорит от сердца.
— У меня есть предложение, — продолжил капитан. — Если ты хочешь помочь найти тех, кто это сделал — оставайся с нами и пилотируй «Элементаль» под командованием «Полярной». Я уже увидел, насколько ты способный пилот.
Рысь растерялась. Не потому, что выбор был труден — скорее, было трудно осознать, что в ее жизни снова образовался смысл. Оказывается, можно попытаться сделать так, чтобы участь ее родины больше не разделил ни один другой обитаемый мир…
— Да! — выпалила она с жаром.
Улыбнувшись, капитан кивнул:
— Добро пожаловать к нам в экипаж, пилот. Фрай предоставит тебе все необходимое, в том числе допуск в главный ангар. Через полчаса у меня назначен сеанс связи с командованием, после него я соберу всех и проясню ситуацию относительно того, что нас ждет дальше.
— Будет сделано, сэр, — тигрица кивнула и, подойдя к столу капитана, передвинула одну из фигурок на несколько клеток вперед.
— Отлично, теперь в эти полчаса мне есть о чем подумать. Спасибо, Фрай, — вполголоса проворчал Дрекс ухмыльнувшейся тигрице.
Девора после стычки с рысью как ни в чем не бывало снова села за стол. Она все-таки выбрала в баре бутылку, и теперь казалось, что бокал со старым вином интересует ее больше всего на свете. Однако Хиони знал Нокомис очень давно; он обошел стол и сел напротив.
— Нам случалось многое пережить, — сказал он, и Девора, которая относилась к Хиони (и другим Возвышенным) гораздо лучше, чем показывала, согласно кивнула и легко улыбнулась.
— Но ты мне никогда не рассказывала, откуда ты родом и почему у тебя такой меч, — прямодушно продолжил Хиони, — а теперь ты сказала… что ты — как эта рысь?
— Ну да, — глухим, обыденным голосом ответила Девора, по-прежнему вертя бокал туда и сюда, так что по нему бегали красноватые блики, — не рассказывала. Чего там рассказывать — от моей планеты осталось даже меньше, чем от родины Омелы. Но в сердце моем она всегда целая, живая и цветущая. Я, Хиони, обучаю тебя владеть мечом, чтобы ты мог защитить себя, а ведь наши мечи не помогли нам тогда, в тот день, когда небо разорвали вражеские лазеры. Рвали и делили небо, как одежду, а мы ничего не могли сделать. Наш правитель, Пурпурный Восход Над Священными Водами, Единственный Мудрейший Император, отягощенный государственными заботами, не обратил внимания на мелкие околоорбитальные стычки с какими-то контрабандистами. Его любимые Лиловые Поля, которыми члены Династии любовались каждую весну, давали цветы, красивейшие из всех, что распускаются под небесами. Но те цветы были ресурсом для синтезирования одного из самых мощных и дорогих наркотиков во Вселенной. Когда наркоторговцы поняли, что Великого Императора не подкупить и не взять лестью, они попросту объединились и атаковали его планету, нашу родину. Но среди них не было профессиональных военных, Хиони.
Девора медленно подняла глаза на друга, а тот сидел, закрыв лапами лицо и сгорбившись.
— И поэтому они спровоцировали, а потом — не смогли остановить цепную реакцию. Лиловые Поля покрывали полтора континента из семи, а не осталось ни одного. Планеты не осталось вообще.
Хиони горестно качал головой, не зная, что ответить.
Тишину нарушил странный звук: не то стон, не то мяуканье. Девора и Хиони обернулись — у двери стояла Омела. Лапы ее подрагивали, зрачки были расширены, ноздри раздувались. Она хотела что-то произнести, но удавались ей только жалобные звуки, как у котенка.
— Поэтому, — продолжила Девора, — у нас общее горе, Омела. Хорошо, что ты пришла и что все услышала сама. Мы желаем одного — чтобы жили и не умирали планеты!
— Всем сердцем, — прохрипела Омела, несмело подошла к Высшей и прижалась мохнатой щекой к ее протянутой руке.
***
Сквозь шум и помехи был слышен голос адмирала:
— …Рад, что вы смогли уцелеть, капитан. Я ознакомился с записями, извлеченными из фрегата «Гитчи Гюми» — им уже заинтересовались представители разведки Конфедерации. Но должен признать, что ситуация паршивая. В течение часа после атаки на Авалон нападению подверглись наиболее населенные колонии в системах Энио и Леннокс, расположенные на стратегически важных участках торговых маршрутов Пограничных Миров. Тактический флот СПО, оборонявший рудники на Энио-V, был смят в первые минуты боя, но успел передать изображение неизвестного корабля. На записи он идентичен тому, который атаковал Авалон. Земля поставлена в известность, и всем военным штабам Конфедерации час назад по закрытым каналам был отдан приказ привести свои флотилии космического базирования в полную боевую готовность. Такой же приказ получили Силы планетарной обороны во всех секторах.
— Правильно ли я понимаю, что мы должны ожидать прибытия поисково-спасательной группировки на Авалон — с целью поиска и сбора останков кораблей для дальнейшего расследования? — прозвучал вопрос Дрекса.
— Нет, капитан. Согласно указаниям разведки, система Авалон теперь считается утраченной для Конфедерации вплоть до окончания конфликта. Мы не имеем возможности организовывать ударную группировку для прикрытия работ по восстановлению колонии перед лицом неизвестного врага. Ричард. Мы говорим с глазу на глаз?
— Конечно, адмирал, — ответил капитан после небольшой задержки.
— Мы на грани серьезного кризиса. Разведка обратилась к обрывочным архивам Легиона, уцелевшим на одном из подбитых кораблей шесть лет назад. Они знают, что этот неизвестный корабль так или иначе относится к «Хранителю». Пусть он и в десятки раз меньше, но технология та же. Черт, даже материал корпуса похож! Капитан, я даю «Полярной» особое задание. Хоть за этим кораблем сейчас и гоняется половина разведки Конфедерации, но они не знают того, что знаешь ты. Я думаю, тебе под силу найти «Хранителя» и выяснить, почему произошло то, что произошло, и как это остановить. Не так давно «Хранитель» помог создать Конфедерацию и остановил войну, которая могла бы быть последней в истории Человечества, так что лично я не верю в то, что враг действует от его имени, как считают в высших инстанциях.
— Сэр. Могу ли я использовать дополнительные ресурсы флота?..
— Нет, Ричард. Можешь брать себе в экипаж кого сочтешь нужным, но постарайся все разнюхать по-тихому. Ситуация деликатная. Могу дать только одну подсказку. Этот факт наша доблестная разведка упустила из виду в связи с более приоритетными задачами: в пяти системах от Авалона месяц назад пролетал корабль-колонизатор «Вестингауз», направлявшийся за границы исследованной территории Конфедерации с целью поиска новых пригодных для жизни систем. В последний раз он вышел на связь перед подпространственным прыжком по координатам, которые я тебе сейчас перешлю. Больше о нем ничего не слышали. Случай еще не расследовался в связи с началом массового отказа Врат, но стоит заметить, что именно в этом регионе шесть лет назад пограничный патруль в последний раз засек сигнатуру «Хранителя».
— Координаты получил.
— Время на исходе. Жду от тебя рапорта в ближайшие две недели. Конец связи.
Раздался обрывистый сигнал: канал отключился.
***
— Вот это интерес-с-снее всего, — сказала мантикора и вынула из уха микроскопическую капельку наушника. — Дело принимает новый оборот, и цель моя с-с-стала ближе…
Она уселась на кушетку, переваривая подслушанный разговор Дрекса и адмирала. Для того чтобы быть в курсе всего, она пару часов назад подбросила на мостик «Полярной» жучок. В том, что до момента самоуничтожения он послужит ей еще не раз, Шандарис не сомневалась: Мистики умели делать шпионские штучки, как никто другой, и обнаружить их было невозможно, даже если знать, где искать.
Кроме жучка, у нее не было иных способов поиска информации: она пробовала было найти уязвимости сети «Полярной» через стандартный терминал жилой каюты. Но на страже систем корвета стоял искусственный интеллект, модифицированный лучшими специалистами Марса.
Шандарис решила про себя, что будет следить за капитаном и его экипажем денно и нощно. Не вполне понятно, кто такой этот Человек… Денно и нощно, но не прямо сейчас, — сказала себе мантикора и, устроившись на кушетке поудобнее, прикрыла глаза: последние двое суток она почти не спала и ей требовался отдых…
Не прошло и пяти минут, как по интеркому раздался голос лейтенанта Фрай:
— Всем находящимся на борту. Прошу проследовать в конференц-зал на первом уровне.
Открыв один глаз и с трудом поднимаясь на лапы, мантикора проворчала вполголоса:
— С-с-совещания обычно собирают, когда нечем заняться…
***
Некоторые корабли все же успели разогнать маршевые двигатели и уйти от орбитальной верфи перед тем, как та начала распадаться на части от прямых попаданий. Но это им не помогло — направленные залпы сбивали одно судно за другим. Окружающее пространство озарялось взрывами и ответным огнем с более тяжелых судов, которые в отчаянной попытке прорывались к неизвестному кораблю. Система планетарной обороны была задействована в первые минуты атаки — тысячи ракет стартовали с поверхности планеты и устремлялись к вражескому судну, но цели достигали только единицы и, судя по всему, серьезного вреда не причиняли.
К этому моменту вражеский корабль уже вышел на низкую орбиту Авалона и произвел первый залп орбитальной бомбардировки, открыв огонь энергетическим оружием невиданной мощности. В сошедшей с ума атмосфере показались десятки ослепительно-ярких столпов света, которые воспламеняли и выжигали все на своем пути, достигая поверхности планеты и разрастаясь яркими вспышками. С орбиты это было видно с пугающей четкостью.
— Стоп.
Голографическое изображение потускнело и рассеялось в воздухе. Дрекс обвел взглядом всех собравшихся в конференц-зале. Фрай и Акронги Ран разместились поближе к капитану и смотрели во все глаза. Омела и Хиони сидели потупившись, а Девора стояла над ними с бесстрастным видом. Мантикора расположилась в тени поодаль, и капитан отметил, что в этот раз она не пыталась скрыть свой внешний облик под длинными одеждами. Ее черные крылья были прижаты к спине и напоминали плащ-дождевик.
Тигрица, тихо рыча и нервно подергивая хвостом, первой подала голос:
— Что за ублюдки управляли этим судном?
— На данный момент неизвестно, — ответил Дрекс. — В результате нападения неопознанного судна основная колония и все поселения были уничтожены вместе с орбитальной инфраструктурой. Приблизительная оценка потерь — два миллиона девятьсот двадцать шесть тысяч, включая десантные силы СПО, доставленные нами для усиления безопасности колонии на поверхности.
Омела все смотрела на крышку стола. Хиони шепнул ей что-то в утешение, и, кивнув, рысь подняла взгляд на капитана.
— Что будет дальше, сэр? — шмыгнув носом, спросила она.
— Полчаса назад я связывался с командованием, и мне сообщили, что в двух соседних системах этим же кораблем были нанесены удары по объектам Конфедерации. Все, что я сейчас скажу, находится под грифом «секретно» и не оглашалось общественности.
При этих его словах Шандарис насторожила уши.
— Изучив записи всех атак, разведка Конфедерации пришла к выводу, что этот корабль связан с «Хранителем» и каким-то образом — с массовым отказом подпространственных Врат, — сказал капитан.
— «Хранитель»! Это же легенда, это легенда! — воскликнул Хиони не то в недоверии, не то в восторге.
— Чего еще за легенда? — спросила Омела.
— О корабле невиданной силы, который пробудился от тысячелетнего сна и решил помочь Человечеству. Ведь да?
— Это не совсем так, — покачал головой Дрекс. — У меня есть доступ к некой информации, и из нее следует, что это судно миллионы лет дрейфовало вблизи галактического ядра, покинутое и забытое. Семь лет назад Легион Смерти выяснил, что «Хранитель» — не только боевое судно, но и первый корабль-колонизатор, который, возможно, и занес жизнь в нашу Галактику.
— Да ладно, — прошептала рысь.
— Легион нашел способ вернуть его к жизни для получения давно забытых технологий, чтобы использовать их в укреплении своего авторитета, а позже — для создания своей Империи, — продолжил Дрекс. — Но, к счастью, объединенные силы Земного Альянса и Федерации Плеяд разрушили их планы. Что произошло дальше — подлинно никто не знает, но как факт — «Хранитель» пробудился, пошел на контакт с военными флотилиями и чуть позже помог установить дипломатические отношения между Землей и Федерацией Плеяд. После этого он взял курс за пределы Пограничных Миров, и с тех пор его больше никто не видел.
По удивленным взглядам Дрекс понял, что этого никто из присутствующих не знал. Видимо, за некоторым исключением…
— Допустим, что это правда. Сэр, вы сказали, что разведка предполагает связь этого неизвестного корабля, нападающего на Конфедерацию, и «Хранителя». В чем заключается связь? — Тигрица повернулась к Дрексу и скептически склонила голову набок.
— Одна и та же технология, — объяснил капитан. — Этот неизвестный корабль был построен по той же технологии древней расы, которая создала и «Хранителя».
— То есть можно предположить, что существовал корабль-колонизатор и несколько боевых судов, которые обеспечивали его охрану, — задумчиво прошелестел Акронги Ран, — и мы столкнулись с одним из них. Но в то же время, учитывая вклад «Хранителя» в Конфедерацию, кажется нелогичным, чтобы судном, уничтожившим колонию, управлял «Хранитель» или кто-то подобный ему… Капитан, а кто вообще управляет «Хранителем»? Неужели мы вступали в контакт с расой, которая посетила нашу Галактику миллионы лет назад?
— Данная информация мне недоступна. Могу лишь сказать: есть предположение, что «Хранитель» — это корабль с искусственным интеллектом высшего порядка, вмещающим воспоминания целой расы, которая давно вымерла. Но это предположение и ничего больше. Никто не знает даже, как эта раса выглядела. — Дрекс почувствовал большое желание закурить.
Нельзя вот так взять и предоставить всю информацию. Иначе всплывет слишком много моментов, которых знать никому не положено.
— Так или иначе, у «Полярной» новые приказы, — Дрекс слегка повысил голос и активировал новую проекцию. Помещение заполнила карта галактического сектора с отмеченными точками переходов между звездными системами. Одна из систем была отмечена синим цветом, обозначавшим текущее положение «Полярной». — Конфедерация сейчас занимается поиском вражеского судна и решением проблемы отказа Врат. Нашему кораблю дано задание найти и установить связь с «Хранителем», собрав как можно больше разведданных по нынешней угрозе.
— Где же его искать? Куда «Хранитель» отправился после того, как покинул исследованное пространство Конфедерации? — спросил Хиони, зачарованно разглядывая калейдоскоп звездных систем.
— По данным разведки Сил планетарной обороны, месяц назад в пяти системах отсюда была потеряна связь с кораблем-колонизатором «Вестингауз», прокладывающим путь в неисследованные миры. — Одна из звезд на голограмме отобразилась красным цветом. — В том же секторе шесть лет назад в последний раз видели «Хранителя». Пока что это единственная зацепка, которая у нас есть.
— Фиг найдешь тогда, — чуть слышно пробормотала Омела. — Иголка в стоге сена, и то, если «Хранитель» правда существует…
Мантикора, расслышавшая решительно все, шагнула вперед, достала из кармана своей хламиды небольшой кристалл и спокойно проговорила:
— Он сущ-щ-ществует. Все, что говорит капитан — ис-с-стина. Позволите? — Шандарис вопросительно посмотрела на Дрекса. Тот кивнул.
Мантикора вставила кристалл в считыватель и ввела на терминале код из множества символов. Галактическая карта потухла, а на ее месте вдруг вспыхнула яркая картинка: корабль, исчерченный схемами и цифрами. Но даже и без цифр почему-то было понятно, какой он огромный. Все чертежи, тонкими нитями горевшие на его корпусе, были явно составлены примерно, исходя из визуальной оценки. Внутри «Хранителя» не бывала ни одна живая душа.
Хиони подался вперед так резко и жадно, что уронил со стола пластиковую бутылку с водой. Девора подняла ее, вернула на место и отошла на несколько шагов назад — она тоже пристально изучала проекцию, словно что-то узнавая в ней. Акронги Ран вытянул шею и стал читать текст, покрывающий картинку.
— Более тридцати километров в длину… А это что? Шлюзы, какие огромные… гигантские ангары…
— Бортовое орудие, — подхватила Омела с видом знатока и, хотя боевые корабли до сегодняшнего дня встречались ей лишь в компьютерных играх, она угадала. При этом каждое орудие было больше ее «Элементаля» или Девориной «Гитчи».
Материал корпуса «Хранителя» напоминал чешую — как и у того корабля, что атаковал колонию Авалона. Но все же эти суда отличались: «Хранитель» был явно больше, и некоторые детали его корпуса тоже были иными.
— Эти пикты были сделаны разведкой Мис-с-стиков в системе, где Земной Альянс вел переговоры с Федерацией Плеяд, — пояснила Шандарис.
— Поразительно… — выдохнул Хиони, — он совершенен.
К его огорчению, мантикора погасила изображение и забрала кристалл. Затем она не без высокомерия обратилась к капитану:
— Я тоже буду ис-с-скать эту иглу в стоге сена. Мистики ни с кем не сотрудничают, но я сделаю ис-с-сключение. Нужно объединить ус-с-силия и попытаться найти «Хранителя», пока ситуация не стала хуже. Слишком много смертей… Больше нельзя их допус-с-скать. Мы узнаем, кто управляет кораблем, сеющим панику в Пограничных Мирах. И кто отключает Врата.
— С благодарностью принимаю вашу поддержку, Шандарис. Капитан Нокомис. Я предлагаю вам присоединиться к нашим поискам. — Девора приподняла брови, но Дрекс не дал ей возможности перебить себя. — Взамен вы можете абсолютно свободно использовать ресурсы инженерной палубы и наших ремонтных ботов в ангаре для восстановления своего судна.
Девора не отвечала, и тогда Хиони умоляюще посмотрел на нее.
— Разве ты сама не видишь…
— Вижу, — кивнула Высшая. — Капитан Дрекс, это изображение удивило меня и моего механика. «Хранитель» похож на наш корабль — на тот, который сейчас стоит в вашем ангаре. Я… никогда не покупала «Гитчи Гюми». Это корабль, который я и Хиони встретили в космосе. Пустым. Заброшенным…
— И неземным, — добавил Хиони в унисон.
Акронги Ран раздул узкие ноздри и издал удивленное рычание. Мантикора, ни разу не мигнув, следила за Высшей глазами.
— Хьюго Хиони исследует его свойства, — продолжала Девора, — работает с ним. И теперь, судя по всему…
— Да, — сказал Хиони, волнуясь. — Несомненное сходство. Внешний вид «Гитчи» — это маскировка. Она не то, чем кажется. Ее загадка стала чуть яснее сейчас, когда Шандарис показала свою картинку.
— Что же, — подытожила Девора, — Тогда… Мой корабль и мой меч к вашим услугам, капитан. И благодарю за ремонтник и инженерку.
Хиони так обрадовался ее словам, что даже подпрыгнул.
— А я запишу вам данные по «Гитчи», капитан! — пообещал он. — Сами увидите, какая она необычная. Совсем почти как «Хранитель»!
— Очень хорошо, — Дрекс кивнул Деворе. — Будем работать сообща. Ран, Фрай, начинайте прокладывать курс. Я хочу, чтобы мы добрались до цели, избегая станций слежения и не используя стационарные подпространственные Врата.
— Ну, ты как? — спросил Хиони у Омелы, когда они выходили в коридор.
— По-всякому, — честно ответила она, вздыхая. — Но знаешь, что я подумала? Я буду служить сразу с двумя Людями!..
Дрекс последним покинул конференц-зал. У стены он увидел два черных силуэта — Шандарис и ее тень.
— Капитан Дрекс-с-с… — произнесла мантикора. — Мне хотелос-с-сь бы присутствовать при запуске… Думаю, что мой скромный опыт в навигации может помочь Рану в рас-с-счетах, если того потребует ситуация.
— Только с одним условием.
Мантикора тотчас недоверчиво прищурилась, а Дрекс хмыкнул и кивнул, приглашая мистическую гостью следовать за ним.
— Лететь нам долго, так что после старта вы хорошо отдохнете.
Шандарис удивленно помолчала. Высший проявил заботу о такой, как она — это было очень неожиданно.
— Договорилис-с-сь, я отдохну, — наконец улыбнулась мантикора, мягко шагая вслед за Дрексом. — Даже если это кажется роскош-ш-шью в нынешней ситуации.
***
Через несколько часов, подготовившись к прыжку, «Полярная» включила маршевые двигатели и начала выходить из астероидного пояса. На корвете вновь загорелись навигационные огни и подсветка бортов.
Фрай работала с консолью управления, включив с десяток экранов по левую сторону мостика, показывающих текущее состояние систем корабля и показания радаров сближения.
— Траекторию подтверждаю. Мы вышли из пояса.
— Отлично, — капитан сидел в своем кресле, глядя на вычисления координат первого прыжка.
Шандарис стояла рядом с Акронги Раном. Ей не приходилось нагибаться, чтобы советовать шипящим шепотом:
— …Вот здес-с-сь, кажется, лучше поправить курс на шес-с-сть секунд. Тогда мы выйдем из подпространства на орбите спутника Ш-Ш-Шелтона-VII на три минуты раньше, и значит, в полтора раза дольше будем находиться в тени луны.
— Это хорошая идея, — одобрительно сказал Акронги Ран.
— Благодарю… Перед вторым прыжком нам потребуетс-с-ся больше времени, чтобы перезарядить варп-двигатель, — мантикора указала когтем на перечень координат, высвечивающихся на главном экране навигатора.
— И это имеет смысл, — уважительно ответил ящер и послал Дрексу окончательные цифры.
— Лейтенант? — спросил капитан.
— С моей точки зрения, придраться не к чему, — усмехнулась тигрица, — я все же больше специалист по управлению кораблями в обычном пространстве…
Дрекс еще раз пробежал глазами по скорректированным данным и откинулся на спинку кресла.
— Это первая и единственная обитаемая система на нашем пути, после нее все остальные четыре были исследованы поверхностно. Нам предстоит прочесать каждую из них в поисках пропавшего колонизатора «Вестингауз» и любых следов «Хранителя». Давайте сделаем так, чтобы никто не знал, куда и зачем мы направляемся. Вперед.
Кивнув, Фрай и Ран начали предстартовую проверку корабля, Шандарис отошла от ящера и встала рядом с капитаном, наблюдая с возвышения за слаженными действиями экипажа.
— Подаю двадцать на основные двигатели.
— Следи за четвертым.
— Ремонтные боты восстановили работоспособность, но он еще не может функционировать на полную мощность. Скомпенсировал.
— Отвожу на курс прыжка, глушу через пять, — тигрица медленно и плавно потянула одной лапой рычаг управления, а второй щелкнула тумблерами на контрольной консоли над головой.
— Двигатели заглушены. Накапливаю импульс, двадцать секунд до рывка. Действуй, Ран, корабль в твоих лапах.
Ящер кивнул, подключился к пульту с помощью разъема в затылке и активировал нейроинтерфейс. Компьютер немедленно перенаправил на навигатора поток данных, снабдив его точными вычислениями и анализами предстоящего полета.
Темное пространство перед корветом озарилось яркой вспышкой, и Акронги Ран перехватил свой штурвал покрепче. Он вновь активировал все двигатели, которые выплеснули шлейф раскаленных газов. «Полярная» сорвалась с места и нырнула в бушующий сгусток света.
Она исчезла из реальности, перейдя в подпространство — постоянно изменчивое место, кажущееся живому разуму безумной, искаженной картиной. Там не было ни звезд, ни галактик, ни каких-либо других естественных ориентиров, привычных навигаторам в обычном космосе.
Перед взором того, кто попал в подпространство, простиралось постоянно меняющееся темно-синее свечение. По его переливам можно было понять, где в реальном пространстве есть большие скопления материи и где поставлены автоматические маяки, обозначающие точки входа и выхода из Врат.
Перспектива постоянно менялась, искажалась, обманывала; чувство неправильности всего вокруг захватывало с головой. Если бы не это, полет сквозь подпространство мог бы походить на плавание сквозь обычную планетарную туманность.
Чтобы ориентироваться в подпространстве, нужно было обладать особым искусством. Навигаторы учились этому годами. Компьютер вел «Полярную» по заданному курсу к другой планетарной системе, следуя сигналу маяка Врат. Но его нужно было контролировать. Закрыв глаза и позволив машине пропустить через свой мозг еще больший объем данных, Акронги Ран «увидел» тонкую красную нить, которая исчезала где-то вдали — это было визуальное представление курса, обработанное навигационными системами и пропущенное через десяток выпрямителей, которые показывали подпространство в трехмерном образе.
— Курс стабилен, время до точки выхода — семь часов, — глуховато произнес Акронги Ран и открыл глаза. Теперь прямо «внутри головы» он следил за прохождением судна сквозь подпространство и в случае необходимости мог перехватить управление. Мостик и всех окружающих он видел словно проекции.
— Принято. — Тигрица переключила свой пульт управления на навигатора.
— Хорошая работа. Фрай, обнови журнал, пожалуйста. Ран, присматривай за курсом. На ближайшие семь часов «Полярная» — твоя, — Дрекс встал из кресла, захватив с собой датапад с новыми данными, подготовленными для него Хиони. Теперь их предстояло изучать по меньшей мере пару часов.
Теперь можно проверить.
Шандарис закрыла глаза, попытавшись сконцентрироваться и представить себя на месте ящера. Что он чувствует? Как он видит? Кто он? Откуда?
Ран, кто ты?..
Акронги Ран вздрогнул и на миг стал видеть лишь реальный мир.
— Вы это слышали? — спросил он у тигрицы.
— Слышала что? — Фрай удивленно посмотрела на ящера.
— Как будто шепот… Нет, наверное, мне показалось. Простите.
Тигрица пожала плечами, все же бросив взгляд на экран, выводящий состояние подключения нейроинтерфейса. Все работало в штатном режиме.
— Фрай, я буду у себя. Пойдемте? — вопросительно посмотрев на мантикору, пригласил Дрекс.
— Пойдемте, отдых не помеш-ш-шает, — эхом отозвалась та.
Это было правдой: ментальный призыв к Акронги Рану потребовал неожиданно много сил и вызвал сильную головную боль. До каюты мантикора дошла на заплетающихся лапах и дверь смогла открыть только с третьей попытки. Она добралась до умывальника, смочила лоб и посмотрела в глаза своему отражению в зеркале.
Он все же услышал… Но он ничего не знает…
Через несколько минут Шандарис уже спала на своей кушетке, свернувшись калачиком. Во сне она видела какие-то солнечные руины — древнее всех цивилизаций, существующих в этом мире. Среди царственных развалин бродили последние представители народа, рожденного в начале времен. И она, и ящер были среди них.
***
Закурив, Дрекс разблокировал датапад, присел за свой стол и принялся разбирать отчеты Хиони о «Гитчи Гюми». Из первичного анализа следовало, что судно умело идеально изменять облик, принимая почти любые очертания, и они не были ограничены размером самой «Гитчи».
Она была найдена в секторе двадцать четыре, во внешней части звездной системы Ипсилон Ориона, — дрейфующая, покинутая экипажем очень давно. Хотя она выглядела как судно производства Земного Альянса, внутренняя отделка и система маскировки свидетельствовали об обратном — это был чуждый человечеству корабль, возраст которого до сих пор не удавалось установить достоверно. Как ни странно, система управления и командная рубка за малым исключением были похожи на те, которые использовались на старых кораблях Земного флота. Это могло говорить о том, что теоретически этот корабль когда-то был усовершенствован и адаптирован Земным Альянсом под привычные стандарты. Кибермед тоже был стандартным — за исключением одного дополнения: маленькой, с ребенка, непрозрачной капсулы непонятного назначения. Бортовой компьютер «Гитчи» был в точности такой же, как и на любых боевых судах, но полетные записи и судовой журнал в нем отсутствовали. Из представленных волком данных также было невозможно установить, откуда этот корабль появился и как он был связан с флотом Земного Альянса, — если, конечно, он вообще был связан с ним.
Все технические характеристики «Гитчи Гюми» были загружены в базу данных «Полярной», и искусственный интеллект уже начал анализ. Он сравнивал «Гитчи» со всеми известными судами и их характеристиками, ища общие черты и пытаясь установить происхождение судна.
Затушив сигарету, Дрекс встал и направился к выходу, но перед дверью остановился и повернулся к терминалу.
— Компьютер, открыть канал внешней связи. Запрос поиска в кластере транзита и личных данных СПО по ключевым словам «Древние», «Солнечный Шпиль», «Шандарис» за период с 2474 по 2480, любые совпадения. Передавать коротким шифрованным импульсом.
***
В главном ангаре «Полярной» впервые за долгое время кипела работа: ремонтные боты — шары с множеством манипуляторов, предназначенных как для проведения тонких работ с электроникой, так и для более тяжелых, вплоть до сварки целых листов обшивки — парили, барражировали и кружили вокруг «Гитчи Гюми», выполняя заложенную в них программу. Хиони приглядывал за ними, время от времени переводя взгляд на бедовую Омелу, вручную варившую шов на обшивке «Элементаля».
Девора допивала кофе, сидя внутри «Гитчи», у самого входа.
— Будет жить? — пошутила Девора в адрес своего корабля, но Хиони в ответ кивнул вполне серьезно.
— 18 с половиной процентов… нет, уже 18,73 процента восстановлено, — доложил он.
— Прям плеядская точность, — усмехнулась Девора.
Но Хиони хранил суровый вид и продолжал внимательно следить за процессом ремонта. Дело в том, что это шаг за шагом воскресал генератор маскировочной оболочки, которой волк дорожил больше всего. Едва речь заходила о превращениях и маскировках, Хиони становился слегка сумасшедшим.
— Я очень волновался, как «Гитчи» отреагирует на такие повреждения, — сказал он страстно. — Сама знаешь, Девора, способности нашего корабля к изменению внешнего вида парадоксальны. Помнишь же, как мы с тобой под мусоровоз загримировались?
— Еще бы, — улыбнулась Девора давней дерзкой выходке под носом у таможенников.
— А все «Гитчи»! — закивал Хиони. — Я копал все глубже и глубже и теперь могу трансформировать практически любой корабль до неузнаваемости. А все потому, что эта наша малышка таит в себе такие секреты…
— Которые тебя хлебом не корми, дай поразгадывать, — Девора похлопала Хиони по плечу. — А вот эта дверь, которая тут лежит, она кажущаяся или настоящая? И если настоящая, то не призвать ли сюда ремонтника для постановки ее на место?
Не успел волк ответить, как из темного коридора раздался звук приближающихся шагов.
— Хиони? Ты здесь? — послышался голос Омелы, многократно отраженный стенами и переборками.
— Заходи, здесь! — отозвался Хиони. — И, Омела, если рядом ошивается хоть какой-нибудь что ни на есть ржавый таз из бригады роборемонта, тащи его сюда заодно.
— Да фиг он ко мне подъедет, — досадливо отозвалась рысь и появилась в проходе. — Ой, Высшая… приятного кофе! Я не побеспокоила вас?
Девора махнула рукой.
— Не нужно это, — сказала она, — на моей планете такое разделение почти не было в ходу, может быть потому, что почти не было Возвышенных… Я это пытаюсь втолковать Хиони вот уже который звездный круг.
— Вы хотите сказать… — воскликнула Омела. — Вы хотите сказать… что это была планета Людей?
— Ну да, — отозвалась Девора спокойно. — Заходи, налей себе тоже кофе, вон кружка. А я в тренажерный зал.
Она пробралась мимо обломков двери, и вскоре снаружи, в ангаре, послышался ее властный голос, командующий ботами.
— Вот бы мне так, — повела ушами Омела.
— Не слушаются?
— Неа. Они меня игнорят! Поможешь с ними?
— Да легко, пошли! На внешние обшивочные листы, которые ты варила, здесь должен быть свой компаунд-ремонтник — знаешь, один большой из кучи мелкоты, швы заваривать, тестировать… Найдем его, а кружку бери с собой.
— А тебе этот компаунд щас не нужен? Вон обшивка-то у вас…
— У «Гитчи»? — Хиони маниакально заблестел глазами. — Да кому нужна обшивка?! У нас — маскировка! Вот это главное! Хочешь, тебе на «Элементаль» модуль поставлю — от копов или там от исследовательского корабля никто не отличит, если захочешь!
— Хочу, хочу! — живо закивала Омела.
Волк вывел ее наружу, некоторое время искал компаунд и препирался с ним, а потом удовлетворенно наблюдал за его работой. Огромный агрегат прислонил лист внешней обшивки к корпусу — лист был с виду тонким и темным, но этот сплав сиял в вакууме, отражая любой источник света, и был одним из самых твердых и прочных из известных материалов. Робот приладил лист, и тотчас из его «рукавов» понеслись мелкие «мыши-ремонтники» — многофункциональные машинки, работающие по внешней броне, каждая со своей задачей.
— Ты Девору не стесняйся, — некстати ляпнул Хиони, словно случайно проронил свои мысли, — она не такая, как другие Люди, которые делят мир на себя и не себя, правда. Я у нее рабом был, то есть был, пока она не узнала, что я раб, а как узнала, так сразу и отпустила. Раб ей полагался по статусу, императорская дочь, все дела… Этот Император, с той погибшей планеты, отцом ей приходился, а вот смотри, Девора не гордая вовсе… Сколько мы с ней повидали! А тебя что, Высшие обижали часто?
— Да я их вчера впервые увидела! А могут обидеть, что ли?
— Только не Девора. И не капитан Дрекс, я уверен… Ну, смотри — нормальная заплатка теперь?
«Элементаль» блестел свежепочиненным боком. Ремонтник, повисев перед носом Хиони, послушно полетел в сторону «Гитчи» и стал водить манипуляторами по обшивке, словно вслепую.
— Ищет, с чего начать! А вот задачка ему! — прокомментировал Хиони и, махая руками с серой бахромой, показал на небольшую площадку в центре корабля. — А так просто и не найдешь, такова уж «Гитчи»! Вот эта платформа неизменна, а все остальное можно перегримировать подо что хочешь. Так получается, так получается… что истинных размеров «Гитчи» я и сам не знаю! Я сам их задаю… каждый раз, когда хочу видеть ее новой. А можно, знаешь, сделать, чтобы она была огромная! И со стороны она покажется хоть… да! хоть линкором! А можно сделать ржавой старой баржей. Причем, Омела, причем!
Хиони воздел отвертку:
— Для нашей Гитчи «казаться» и «быть» — равнозначимые категории.
— Чо? — пролепетала Омела.
— Ну! То есть когда маскировка активна и исправна, ты ходишь по ней как по настоящей палубе, дотрагиваешься до настоящих стен… Правда, если сломают — остается скелет скелетом. Но жить там все же можно — она будет герметичной и все такое. Мы ее такой и нашли — этакий остов, парящий среди звезд… Страшно было поначалу. И не только тогда, она нам сто раз жизнь спасала. И знаешь что, знаешь что!
Хиони опять замахал ручищами.
— Все ее тайны постигнуть, наверное, невозможно! Я столько лет вожусь, а все равно — ничего еще не знаю! Вот починим — я тебе покажу, как она меняется, это красиво так!
— Вот это здорово! — Омела заразилась энтузиазмом Хиони и побежала вокруг «Гитчи», распугивая мелких ботов.
Тут она углядела, что поодаль, в самом затемненном углу ангара, стоит «Солнечный Шпиль». Он был черным, но сверкал как зеркало, и на его обшивке не было ни единого шва, ни даже щели шлюза.
— О-о-о, корабль Мистиков-шмистиков! Слуш, Хиони, как же нам повезло! Говорят, они путешествуют только тайно, и все-то у них секреты сплошные! А тут вон!
— Невероятно повезло! — подхватил Хиони и посмотрел на «Солнечный Шпиль» с волчьей жадностью. — Хотя бы издалека — увидели такое чудо! Тахионные замедлители времени, нейроквантовые технологии, идеальная невидимость, идеальная непроницаемость. Не удивлюсь, если эти корабли вообще живые. Хоть бы броню потрогать, а?
— Ой не, я боюсь, — призналась Омела.
***
Девора поднялась на второй уровень корвета, где располагались каюты для обслуживающего персонала и пассажиров. Сейчас они все были пусты, и единственными звуками, которые нарушали тишину, были шаги Деворы по палубе и эхо от них. Она миновала десяток закрытых дверей и подошла ко входу в тренировочный зал.
Это было просторное помещение, где, помимо раздевалки, сверкали ряды с тренировочным оружием: как огнестрельным, заряженным холостыми патронами, так и холодным, начиная от ножей и заканчивая клинками.
За еще одной дверью располагался огромный зал, предназначенный для командных тренировок десантного состава Сил планетарной обороны. Большую часть времени он пустовал: переброской пехоты занимались специальные суда. Но тут были созданы все условия, чтобы при необходимости пехоте не приходилось бы скучать. В основном здесь отрабатывались приемы ближнего боя, но при желании можно было включить голографическую имитацию реального боя на поверхности планеты или абордажной операции — с воссозданием каждой мелочи.
Девора, словно глубоко задумавшись, прошла в гулкую пустоту тренировочного зала, не взяв с собой никакого оружия, кроме своего неизменного меча. Да и тот был спрятан в ножны. Высшая остановилась почти с краю, окинула взглядом пустующий зал и, медленно вдохнув, начала первую фазу ежедневной тренировки аристократов с погибшей планеты Лиловых Полей — фазу сосредоточения. В кажущейся задумчивости Нокомис стояла неподвижно, но она начинала воспринимать пустоту зала всем своим существом, начинала чувствовать потоки воздуха вдоль стен, слышать неслышные шорохи кондиционеров и слабый ток под покрытием стены. Потом чувствительность к звукам стала еще острее — она и должна была заточиться, как меч — и Девора поняла, что сюда — да, по внешнему коридору, по кругу, но именно сюда — кто-то идет. Она услышала четкие звуки шагов по решетчатому настилу, потом по мягкой гравирезине прямо рядом с тренировочным арсеналом.
— Неужели кому-то тоже могло прийти в голову убивать свое свободное время таким образом? — раздался негромкий голос далеко позади.
В зал вошел Дрекс, сменивший свою форму на просторные камуфляжные штаны пехоты СПО и легкую летную куртку из кожи. На поясе у него были тренировочный пистолет и дополнительные магазины, а в правой руке он сжимал меч. Девора отметила, что клинок не из арсенала — на идеально заточенном лезвии располагались руны неизвестного языка, а рукоятка была сделана из самого настоящего дерева. Еще она увидела, что Дрекс держит рукоять совершенно в ином стиле — не так, как она привыкла.
— С виду тренировка убивает время, но она спасает жизнь впоследствии, — ответила Девора, — если, конечно, противник не тренирован лучше. Если я мешаю, то могу пойти в оранжерею, капитан.
— О, ничуть, я давно ни с кем не тренировался, — коснувшись свободной рукой небольшого приемника на поясе, Дрекс активировал голографические проекторы. Кондиционеры начали работать в другом режиме, распылив в воздухе молекулы с запахом свежей зелени, стены исчезли, и зал превратился в величественный лес. Все выглядело предельно реально — при ходьбе даже был слышен шорох подсушенной травы. Девора мигом обернулась, пробежала взглядом по деревьям, по свисающим лианам, быстро заметила высоту искусственного солнца и потом неторопливо кивнула Дрексу.
— Сочту за честь, капитан, — сказала она и продолжила стоять, как бы в задумчивости.
— Отбрось протоколы. Мы единственные Высшие в этом секторе космоса. Наедине ты можешь называть меня Ричардом.
Вдохнув полной грудью, Дрекс перехватил меч поудобней и, сверкнув глазами, спросил:
— Один на один или командная игра?
— Ричард, — произнесла Девора, как будто и к имени тоже примеривалась, — предлагаю для начала узнать силы друг друга. Предлагаю поединок. Оба наши меча заточены, но я обещаю, что не дам тебе подлого удара и не забуду, что это только тренировка.
Произнеся старинную формулу, Девора почувствовала странную, с примесью печали, радость. И направила взгляд прямо в глаза Дрекса. К мечу она все еще не притрагивалась и стояла, опустив плечи, даже как будто уж слишком расслабленно — так болтаются возле стойки с баром или у банкомата в ожидании денег. Стоит ли пояснять, что именно стойка бара или стойка, где дают выигрыш, довольно часто бывали точкой отсчета боевого поединка для Деворы?
— Пусть так и будет, — кивнул Дрекс, взяв оружие наизготовку. — Начнем.
Капитан сделал короткий взмах и бросился к Деворе, уже предполагая варианты — как она блокирует его удар. Но она, кажется, даже не посмотрела на рывок Дрекса — отошла в сторону, ступив в зеленую тень дерева. Напряжение внимания, которого ей стоил этот маневр, она не выдала ни единым жестом. Удар Ричарда не достиг цели.
— Твоя школа постулирует первоначальный замах? — светски осведомилась Девора, а затем учтиво добавила: — Моя школа говорит, что меч спит на своем месте, чтобы проснуться на долю секунды. Вот так.
Что-то серебристое на миг показалось и тут же снова пропало — игра света и теней среди листвы — смертоносное лезвие, оставившее в воздухе тонкий звон на грани слышимости.
— Мне говорили, что чем меньше меч бодрствует, тем более ты от него отдаляешься и перестаешь его чувствовать, — развернувшись, ответил Дрекс.
— Смотря что при этом делаешь ты сам, — отозвалась Нокомис и снова шагнула чуть в сторону. Через секунду она была уже рядом с Дрексом, и снова пропело лезвие старинного меча.
Капитан заметил выпад и едва успел заблокировать удар. Мечи со звоном соприкоснулись. Через мгновенье последовала короткая серия выпадов, и соперники обменялись сверкающим шквалом ударов.
— Интересная теория. — Дрекс начал чувствовать, каковы способности Деворы во владении мечом. Капитану требовалась вся концентрация для того, чтобы следить за ее клинком.
— Эта теория воплощена на практике: в свое время она лишила жизни многих врагов Императора и спасла многих верных, — ответила Девора, чей меч опять неуловимо для взгляда исчез в ножнах. — Ричард, я поняла, как мы должны сражаться, если окажемся перед несколькими врагами и будем работать в команде. Ты наносишь заметные удары — ты дракон в небе. Я — змея среди травы — наношу невидимые. Сочетание двух стилей будет эффективным, если никто из нас не потеряет сноровки. Хорошая техника. Кто учил тебя?
— Один знакомый Возвышенный, — неопределенно пожал плечами Дрекс, но от Деворы не скрылась быстрая тень на его лице, — это было очень давно.
Он дотронулся до приемника. Теперь вдали среди деревьев появились искусственные постройки. Лес наполнился новыми звуками: раскатами далеких взрывов и приближающимся треском автоматического оружия.
— Все очень просто: нам нужно добраться до тех зданий и не «умереть». Компьютер будет засчитывать смерть, если проекция попадет в тебя два раза или ты с ней соприкоснешься. Убить их так же просто — лезвие должно пересечь проекцию или…
Из-за деревьев показалась очень яркая и реалистичная проекция десантника, облаченного в боевой скафандр без опознавательных знаков. Он поднял оружие, но Дрекс резко вытащил пистолет и трижды выстрелил по фигуре. Та рассеялась в воздухе. Через минуту с разных сторон показалось еще восемь десантников с короткими клинками в руках. С воинственным кличем они бросились к Дрексу и Деворе. Судя по звукам, со стороны построек приближались еще как минимум две группы.
Девора коротко рассмеялась.
— Я пойду справа, если не возражаешь.
Она вмиг пропала в тени деревьев и появилась позади крайнего правого десантника. Сверкнул меч, голограмма растворилась в воздухе, меч сверкнул вторично около второго «врага», — все это воительница делала молча, не теряя из вида своего напарника.
Дрекс пригнулся, пропуская над головой блестящее лезвие, и ударил мечом снизу вверх. Второго десантника он расстрелял практически в упор из пистолета, а потом, мгновенно развернувшись, послал еще один заряд в сторону Деворы — и снял врага, который подкрадывался к ней. От резкого движения тяжелого пистолета снова заныла не до конца зажившая рука.
Еще двое десантников заходили на них с разных сторон, и из-за дальних деревьев послышались хлопки — несколько снарядов пролетели совсем рядом.
— Продвигаемся вперед, прикрываем друг друга! — крикнул Дрекс и, пропустив несущегося на него врага, полоснул мечом по его спине. Девора вдруг оказалась гораздо ближе и сняла одного из двух десантников, атаковавших Дрекса.
— Да, — согласилась она, и словно тень от облака понеслась навстречу раскаленным шарам энергозарядов. Через десять секунд она опять стояла возле ближнего дерева, а выстрелы из-за дальних стволов поредели.
— Пять и два, — быстро доложила Нокомис, — с юга еще восьмерка. Оставь из них и мне немного. И кстати, минные поля в программу входят, или мне показалось?
— О, нет! — хихикнул Дрекс и весело подмигнул. — Не показалось!
Перезарядив пистолет, он бросился вперед, обходя открытые участки и пытаясь приблизиться к следующей удобной точке. Постройки уже были метрах в ста пятидесяти, когда показалась следующая группа врагов, ведущая плотный огонь из автоматического оружия. Единственным плюсом было то, что стреляли не прицельно. Пригнувшись, Дрекс перевел оружие в автоматический режим и выпустил всю обойму за несколько секунд. Количество нападавших слегка уменьшилось, некоторые из оставшихся вынули клинки из ножен и начали наступление под огневой поддержкой товарищей.
Отражать энергетические сгустки сверкающее лезвие Девориного меча не могло. Ей оставались лишь скорость да чутье — почти сверхъестественное, позволявшее контролировать любое движение и не попадать под пули. Ни свиста, ни хлопков Девора теперь не слышала. Вокруг нее была тишина, и эта тишина вибрировала, как тысяча нитей, переплетенных меж собой.
Она рванулась вперед и чуть вбок, уверенно прошла половину расстояния до целей, и тут перед глазами полыхнул красный сигнал, и высоко под потолком пропел зуммер — в нее попали. Одно «ранение». В ответ Девора лишь ускорилась и, добравшись до первого десантника, снесла его таким же четким и незаметно-отточенным движением, как и раньше.
Описав в воздухе мечом восьмерку, капитан вывел из игры еще две проекции. Продвижение к цели замедлилось — метрах в пятидесяти от нее оставшиеся противники, не сговариваясь, бросились на Девору и Дрекса со всех сторон, рассчитывая взять количеством.
— Кажется, мы их взбесили… — проворчал капитан, перехватывая меч поудобней.
— Я их понимаю, — отозвалась Девора и ринулась вперед.
Она увидела сверкающий круг, в который превратился меч Дрекса, и то, как противники капитана гаснут один за другим. Не чувствуя усталости, она билась и сама, тесня нападающих в сторону минного поля. Если уж кто на нем и подорвется, то пусть это будут враги.
Поняв замысел напарницы, Дрекс тоже начал теснить оставшихся двоих десантников к полю, создав заслон из беглого пистолетного огня. Одновременно он делал резкие выпады мечом, заставляя врагов отступать шаг за шагом. Последние два патрона из пистолета Дрекса ударили в первого противника. Капитан «добил» проекцию слишком поспешным ударом меча и открылся для второго, последнего десантника. Искусственный интеллект, просчитывающий действия врагов, счел риски допустимыми: десантник бросился вперед, преодолев расстояние в пять метров за одну секунду. Капитан не успел увернуться от удара… Меч, хоть и был проекцией, выглядел слишком реалистично, и перед тем, как лезвие полоснуло его по телу, Дрекс успел ощутить, как на короткий миг кровь застыла в его жилах. Раздался длинный сигнал, голос компьютера оповестил, что первый участник выбыл из игры, — и в тот же момент впереди раздалось несколько взрывов: замысел Деворы начал воплощаться.
— Простолюдины, — высокомерно обронила Девора в адрес десантников, меряя взглядом расстояние до постройки. С выходом Дрекса из игры все стало куда сложнее, поэтому Девора решила не рисковать и не затягивать бой — иначе ее возьмут в клещи. Невесомее тумана, она пронеслась на самый край поля, уже пробитого несколькими воронками, и попыталась одним махом достичь цели. Мины она могла услышать и миновать, но вот современной тактики боя не учла точно так же, как не учел ее когда-то сам Император. Десантники открыли огонь сзади, в спину, и от этого огня она не могла увернуться — было некуда, вокруг в земле таилась гибель. Девора попыталась прыгнуть, но услышала сигнал, возвещающий ее «смерть». Тогда она остановилась, повернулась и спокойно пошла назад сквозь проекции врагов, растворяющиеся в воздухе.
— Ну что ж, это было неплохо, — стряхивая с меча невидимую кровь, сказала она Дрексу. — Я оценила обучаемость твоей программы, Ричард. Десантники под конец очень точно поняли слабости и сильные стороны, как твои, так и мои, и воспользовались ими. Благодарю за бой.
— И тебе спасибо, что составила компанию, — Дрекс вернул меч в ножны. — Надо бы действительно почаще сюда наведываться в свободную минуту.
Девора церемонно поклонилась.
— В любое время.
***
Омела оставила Хиони на подступах к «Солнечному Шпилю», а сама ретировалась на свой «Элементаль». Волк, словно прогуливаясь, вернулся к «Гитчи», побыл там некоторое время и вылез наружу с портативным сканером собственной конструкции. Посмотрев по сторонам, он хищной побежкой достиг корабля Мистика, включил прибор и жадно уставился в экран.
Если сканер не врал, то обшивка «Шпиля» наполовину состояла из экзотических металлов и была в восемь раз крепче стали, из которой были сделаны корпуса обычных кораблей — «Полярной» или «Элементаля». Более того, на экране высветились сотни тысяч тончайших линий, которые располагались в обшивке, на глубине нескольких сантиметров, и несли в себе потоки электрических импульсов, подобно нервной системе у живого существа.
Хиони притронулся лапой к корпусу корабля — на ощупь поверхность была идеально гладкой и будто бы теплой. Вскоре он почувствовал легкое головокружение, нараставшее с каждой минутой, и услышал тихий шепот. К своему удивлению, Хиони понял, что шепот раздается в его собственной голове, и что он понимает смысл и различает отдельные слова.
— Так значит, ты действительно живой… — прошептал волк, восхищенно рассматривая днище корабля и выискивая очертания входного трапа. Он лихорадочно обдумывал, как бы проникнуть в этот разведчик-истребитель, не похожий ни на один корабль в своем классе.
«Шпиль» так очаровал Хиони, что тот забыл о существовании его крылатой хозяйки. Он даже не сразу понял, что сбило его с ног.
Все это время Шандарис следила за возней волка с технических мостиков, находящихся высоко под потолком. Сначала она почувствовала легкую гордость от того внимания, которое волк оказывал ее кораблю, а затем, когда он прикоснулся к обшивке, с внезапно накатившим гневом подумала, что этот чужак ошивается рядом со «Шпилем» слишком долго. Непозволительно долго… «Солнечный Шпиль» — не просто корабль, это ее дом, это… ее друг!
Встав на перила мостика и расправив крылья, Шандарис с приглушенным рычаньем прыгнула вниз. На волка она обрушилась всем корпусом, и он отлетел на несколько метров. Мантикора метнулась к нему, не дожидаясь, пока он опомнится.
— Объяс-с-сни, что ты забыл на моем корабле? — зашипела она, схватив Хиони одной лапой за шиворот и оторвав от земли на пару сантиметров.
— Эй, полегче! — задушенно запротестовал Хиони, впрочем, не сопротивляясь. — Ничего не забыл, потому что ничего про него не знал. Вон, сканер валяется, сама посмотри, разве тут что разберешь? Дивный у тебя корабль, вот что… Ээээээ… А повредить я ему своим любопытством всяко не мог. Ему и прямое попадание субнейтронного луча не повредит. Механик я! Из любопытства… Ну прости, прости, экая ты нервная, Шандарис.
Отпустив волка, мантикора кивнула в сторону сканера.
— Запис-с-сь? Осталась запись в памяти? Он сохраняет?
— Сохраняет, да, — виновато отозвался Хиони, потирая шею.
— Запись надо удалить. Пожалуйс-с-ста, — смягчилась Шандарис. — Никто не должен изучать его без ведома Совета…
— Ладно, — согласился Хиони, подхватил сканер и показал Шандарис, как все стирается, а потом как форматируется, — только вот я спросить хотел. Твой корабль, когда я назвал его живым, мне отозвался. Может быть, просто интерес почуял. И он мне сказал, что его хозяйка ты, а потом добавил еще два слова: «Енот Скунс». Это до тебя тоже Возвышенные владели? Только, — поднял черные ладони волк, — если это секрет, то и не отвечай, но и не сердись, уж пожалуйста. Он же мне сам сказал…
Мантикора помолчала, смотря на свой корабль. То, что происхождение корабля может быть раскрыто, ставило под удар ее интересы и цели. Но более странным и пугающим было то, что волк каким-то образом «услышал» ментальную передачу корабля. Насколько Шандарис успела прочувствовать, Хиони не имел никаких подобных способностей, так что, в конце концов, это могло произойти случайно. Но в любом случае, это был уже тревожный знак.
— Корабли серии «Кочевник» немногочис-с-сленны… Каждый уникален. Как живой. Мастер создает его, растит, живет этим кораблем, это как его дитя. Мастер никогда не делает двух одинаковых кораблей. Мастер должен быть великим. Скунс — с-создатель «Солнечного Шпиля», — отозвалась Шандарис, переведя взгляд на волка.
Хиони против воли улыбнулся, потому что так же точно Девора рассказывала про свой меч и еще потому, что, как он понял, «Гитчи Гюми» вполне может стать для него таким же кораблем, каким был «Солнечный Шпиль» для этого неизвестного корабела по имени Скунс.
— Значит, он почуял, что я тоже мастер, — удивился Хиони и показал Шандарис на свой корабль. — Секрета нет, если интересуешься, рассмотри.
— Я уже давно рас-с-смотрела…
Шандарис повернулась к «Гитчи». Сомнений быть не могло — это был один из кораблей Древних, хоть и почти полностью собранный заново, как будто его пытались воспроизвести, не имея нужных технологий.
Ее размышления прервал голос Фрай, донесшийся из громкоговорителей:
— Внимание экипажу! До прыжка осталось тридцать минут!
— Прос-с-сти за это, — слегка улыбнулась мантикора и показала лапой на шею волка. — Не хотела с-сделать больно…
— Ничего, мне не впервой, — сказал Хиони. — Что ж, попутного звездного ветра тебе, «Солнечный Шпиль»! — пожелал он от всего сердца молчаливой громаде корабля, который открыл шлюз и опустил трап, как только мантикора приблизилась к нему.
Механик взял опустевший сканер и пошел назад к любимой «Гитчи», по пути раздавая задания ремонтным ботам. Один из ботов настойчиво пищал что-то о починке «Элементаля», выдавал проценты и цифры. Судя по всему, корабль Омелы был починен, и волк отпустил ремонтника.
И, когда Хиони подошел к трапу своего фрегата, его охватило чувство, которое поэт или художник назвал бы вдохновением. Он положил косматую руку на броню корабля. Волк ждал почти минуту, но «Гитчи» не отвечала. Лишь в самый последний момент словно слабое сердце стукнуло где-то в глубине и тотчас замолчало, будто испугавшись выдать тайну.
Хиони вздохнул и прошел на мостик.
Спустя несколько минут там объявилась и Девора, прошла мимо разобранной и разложенной на полу контрольной панели маскировки и стала выбирать в холодильнике сок.
— «Гитчи» починена? — спросила она между делом.
— Да, полностью, и еще «Элементаль», — отрапортовал Хиони, — как тренировка?
— Вдвоем с капитаном Дрексом воевали против пары-тройки взводов. Умерли оба. В смысле я и капитан.
— Вай-вай, — покачал головой Хиони, — как тебе показалось, кэп у «Полярной» что за Человек?
— Человек долга, Человек чести, — ответила Девора задумчиво. Хиони кивнул: в устах Высшей это была большая похвала. Он подошел к автоповару и натыкал себе бутерброд.
Девора же, вытащив меч, принялась исследовать лезвие.
— Давай я тебя сканер дам, чего глаза ломать, — предложил Хиони, жуя.
Девора покачала головой и продолжила тщательное изучение меча. Однако великолепная сталь после поединка с Дрексом не приобрела ни одной царапины.
— Ты же знаешь, я живу, пока делаю это, — с улыбкой сказала воительница, полируя лезвие замшевой, по-императорски украшенной тряпочкой, — я живу так, как когда-то давно.
— А я живу, когда смотрю на корабли, — мечтательно ответил Хиони, — я посмотрел корабль Шандарис, хоть сначала она и рассердилась. Когда в нашем небе появятся такие корабли… может быть, воевать будет незачем. Может быть, «Хранитель» это и давал нам понять.
— Не понимаю, как может быть «незачем» воевать, — отозвалась Девора, и острейшее лезвие пропело в такт ее словам. Начищенный меч блеснул и исчез в ножнах. — Если не воевать, придет тот, кто воюет. И это будет конец.
— Но если никто не будет… то тогда и некому… и в общем… ой, как же все это сложно, — пробормотал Хиони, махнул лапой и запил бутерброд ледяным соком.